ГРАНИЦА – ВОЕННЫЕ КОНФЛИКТЫ


 

Военные конфликты в русско-литовском пограничье в конце XVXVI в. (перечень составлен А. Н. Лобиным, А. И. Филюшкиным)

Примечание: в перечне фиксированы исключительно конфликты, географически связанные с приграничными территориями. Боевые действия в глубине территории (например, внутри Ливонии в годы Ливонской войны) не учитываются.

Октябрь 1487 г. — нападение кн. Андрея Можайского на Ореховскую волость кн. Михаила Вяземского[1].

Октябрь 1487 г. — взаимные пограничные нападения князей И. С Одоевского и И. М. Воротынского, приехавших на московскую службу, и князей ВКЛ – Мезецких, Глинских, Крошинских, Мосальских. Стороны обвиняют друг друга в разорении их приграничных земель. Описывается разорение Хлепенской и Дубровской волостей ВКЛ, виды убытков (измеряются в рижских деньгах) и награбленного имущества, угон полона, разграбление церкви. Как особый ущерб отмечается уничтожение войсками ВКМ на землях ВКЛ дороги и прокладывание новой. Цель – взимание мыта в свою пользу на новом маршруте (район Дубровны). Некоторые земли  и села при этих набегах захватывались навсегда («засели»), некоторые облагались данью (которую предполагали взимать и в дальнейшем – налагали на потерпевших долговые обязательства)[2].

Октябрь 1488 г. ― князем И. Трубецким,  наместником Мценским и Любутским, предъявлены претензии в нападении на его землю русских войск из Калуги. Местные жители нападали на земли «данников» ВКЛ под Торопцем («торопецкая и казаринская волости» были присоединены к «чернокунству»)[3]. Аналогичные нападения на Дмитрову волость, на Турьев и т.д. Российская сторона в ответ обвиняет в нападениях людей ВКЛ из Любутска на Калужскую волость[4].

Июль 1489 г. ― известие о нападениях со стороны России на вотчины С. Ф. и Д. Ф. Воротынских. Взято 7000 полону, сожжен город (Воротынск?). Нападения на земли ВКЛ под Торопцем, Казаринская волость. Перечисляются сожженные дворы, деревни, уведенные в полон и повешенные жители. Наместник В. И. Вселуцкий захватил половину волости Дубна (описаны границы). разбой в вотчине Недоходов князя ВКЛ Т. В. Мосальского. Набег отряда В. Д. Пестрого (70 чел.). Грабили, брали пленных, которых можно было тут же выкупить (за 15 рублей). В русском ответе говорится о взаимных нападениях, что людей специально пленяют ради выкупа, сажают в тюрьмы в ВКл, а затем вымогают деньги. Также описан  разбой в Турье, вотчине Можайских, волости Дмитрове, Любутской волости[5].

1491 г. — посольство ВКЛ предъявляет претензии на нападения на Мценск, Казарин, Хлепень и Дубровну (неясно из текста, новые или это детализированные претензии по старым нападениям)[6].

Осень 1491 г. — набег литовцев на Тверскую землю (Лествицино и Гридина слободка)[7].

Весна 1492 г. — набег литовцев на Новгородскую землю, Холмский погост. Сожжено 60 деревень[8]. Нападения на Великолукскую волость, Хрянской стан, повесили 8 человек, 16 угнали в плен. «Жалобные списки» с подробным перечислением нападений и ущерба[9].

Май 1492 г. — упоминается нападение людей кн. Дмитрия Воротынского (уже перешел на сторону Москвы) на четыре Брянских волости, взяли дворовый скарб, «меды пресные и воск», коней и деньги[10]. Российские власти отрицают причастность, мол, самодеятельность местных, которые будут наказаны, если все подтвердится. К конфликтам литовцы применяли термин «шкоды»[11], причем их можно компенсировать («шкоды поплачены»).

Осень 1492 г. — известие, что  кн. Федор Оболенский (на службе у Москвы) набегом сжег Мценск и Любутск и увел большой полон из местных жителей[12]. Осада головами Василия Лапина и Андрея Истомина г. Хлепеня, разорение, грабеж и сведение полона из волости Рогачев. Иван Перемышльский и Семен Одоевский сожгли Мосальск, причем в плен попали представители семьи князей Мосальских (Там же). Русская сторона настаивает, что набег на Мценск и Любутск был ответным, но часть пленных готовы отпустить. В разрядной книге говорится о посылке «в Северу» воевод под началом: «В большом полку князь Данило Дмитреевич Холмской да Яков Захарьич, да в большом же полку князь Володимер Ондреевич Микулинской»[13].

Июль 1493 г. — Жалоба на нападение русских войск на Мценск, Мосальск и Вязьму, «сведение» вяземских князей. Жалоба на нападение войск ВКЛ, кн. Семена Воротынского, Семена Можайского и Юрия Глебовича из Смоленска на земли князей Мезецкий и Вяземских, которые перешли к Ивану III, и полное разорение их вотчин[14]. Поход русских войск на Мезецк и Серпейск[15].

Август 1494 г. — на переговорах упоминаются жалобы жителей Мценска на нападения на Пасху (Великий день) на них войск князей Семена Одоевского и Бельских князей, служащих Москве[16].

1495 г. ― упоминается о нападениях на пограничные земли людей Александра Ходкевича[17].

1496 г. ― торопецкий наместник Зенко Евлашкович жалуется, что русские во главе с боярином Иваном Васильевичем захватил многие волости под Торопцом с людьми. Из Белева (росс.) нападение на Мценскую землю[18].

1497 г. ― сведения о нападении Семена Воротынского на мезецких князей. Жалобы на многочисленные иные конфликты на границе, участвуют «украинники»[19].

Июнь 1497 г. ― нападения князя Дмитрия Воротынского на пограничные земли под Смоленском[20].

Август 1497 г. ― известие о нападениях из Мценска, Путивля, Рыльска на земли украинников в Троицын день, на земли Великого княжества Рязанского[21].

1498 г. ― нападения русских на Мценск, город не взяли, но разорили окрестные села. Нападение из Вязьмы на Лучиногородскую волость, особенно подчеркнуто разорение церквей ― сбили замки и «выграбили» всю утварь. Попа отпустили за выкуп. Нападения на Дмитровскую волость. Захват сел[22]. Король обещает удовлетворить «обидные списки» жителей Рязанского и Белевского уездов, а также купцов, за причиненные им разорения[23].

1500 г. ― Ведрошская битва, войска ВКЛ разбиты[24].

Декабрь 1502 г.   поход «…князем из Северы на литовскую землю: В большом полку князи служилые, князь Семен Иванович Стародубской да князь Василей Иванович Шемячич, а с ними воевода князь Олександр Володимерович Ростовской»[25].

1503 г., весна ― после Пасхи, несколько раз, нападение литовских людей из Кричева, Мстиславля, Чичерска, Луцка на Попову Гору и стародубские села[26]. Упоминается русский поход на «литовскую землю «из Ржевы»: «В большом полку воевода князь Михайло княж Иванов сын Васильевича да князь Ондрей Голенин»[27].

1503 г. — известия о нападениях на владения служилых князей ― В. И. Шемячича, С. И. Стародубского, С. И. Бельского со стороны земель Киева, Смоленска, Чичерска, Кричева, Видбы и т.д. Пострадавшие жаловались местным властям ВКЛ, безрезультатно. Нападения из Кричева на Брянск, отошедший к России, из Смоленска ― на Дорогобужскую землю[28].

1504 г. ― известия о нападениях русских на Смоленскую землю, отняли повет Белик и Ветличи, грабят и жгут другие волости. Нападают ночью. Нападения людей князя Семена Ивановича (Стародубского? Бельского?) на поднепровские земли[29].

Апрель 1505 г. ― в ответ на жалобы властей ВКЛ кн. Семен Бельский, и дорогобужский наместник Федор Прозоровский сообщили, что их люди нападают без их разрешения и воли, и обещали наказать виновных[30].

1506 г. ― жалобы о нападениях русских на пограничные земли ВКЛ. Пострадали Смоленские, Витебские, Полоцкие земли. Не возвращают беглецов. Захвачены в Смоленской земле Ельня, Ветличи, Руда, Щучье. Королевские люди из Мстиславля сожгли сотню деревень в Брянской земле[31].

21 марта 1507 г. — на переговорах с литовскими послами Яном Радзивиллом и Петром Олехновичем в ответ на претензии о нарушении мира со стороны Москвы было заявлено, что «с Жикгимонтом королем и великим князем нам перемирья не было»[32].

Апрель 1507 г. — на литовскую территорию были направлены рати. Кн. Ф.П.Систев «из Северы» выдвинулся по направлению к Полоцку, а часть из его войска – к Менску, в то время как другая рать кн И.М.Телятевский вышла из Дорогобужа к Смоленску.

До 20 июля 1507 г.  — навстречу русским войскам выдвинулись отряды Ольбрахта Гаштольда («тогож часу воиско отъправили есми до Смоленску»), Станислава Глебовича («воиско отъправили есмо до Полоцка») и Станислава Кишку («трете воиско отъправили есмо к Менску»). Предполагалось, что татары в это время совершат поход к Чернигову и Путивлю[33]. Данные о сражениях отсутствуют, по-видимому, русские войска вернулись обратно.

23 августа 1507 г. — Станислав Кишка разбил лагерь у Друцка, откуда стал совершать рейды на Северщину[34].

14 сентября 1507 г. — к Смоленску выдвинулась отряды В.Холмского и  Я.Захарьина, часть которых блокировали Смоленск, а остальные пошли к Кричеву и Мстиславлю «искати воевод литовских». В РК поход описан: «…послал князь великий на литовские места дву Князев Васильев, Стародубского да Шемячича, а с ними: в большом полку велел быти воеводам князь Василей Данилович Холмской, Яков Захарьич, князь Володимер Ондреевич Микулинской»[35].

Октябрь 1507 г. — после блокады литовских крепостей Смоленска, Кричева и Мстиславля русские с наступлением распутицы снялись с лагеря ушли. Возможно также, что причиной отступления послужили известия о переходе литовской армии через Березину и Днепр[36]. В РК боевые действия описаны следующим образом: «А князь Василей Иванович Шемячич и князь Михайло Лвович Глинской и великого князя воеводы, князь Иван Семенович Одоевской с товарыщи, которые отпущоны с Москвы к Стародубу, были в литовской земле под городом под Менском и за Менском землю воевали, а друцкие князи здалися им за великого князя, и к целованью их привели, и сошлися с великого князя бояры и воеводы с Яковом Захарьичем и с его товарыщи у Орши. А князь Данило Васильевич Щеня с товарыщи с ноугородцкою ратью снялися с Яковом у Орши же наперед Шемячича же и Глинского и великого князя воевод князя Ивана Семеновича Одоевского с товарыщи. Да побыв под городом под Аршею, все вместе и с королем об реку о Днепр под Оршею сошлися и полки с полки видевся; да, от Днепра отступив, Шемячич и Глинской и великого князя воеводы стояли в Дубровне семь ден, и король к ним за реку сам не полез и людей не послал; и они отолева пошли под Кричев и подо Мстиславль да быв под теми городы и землю литовскую воевав, да отписали к великому князю с рубежа, что они вышли из литовские земли на брянские места, а князь Василей Шемячич пошел в свои городы»[37].

Сентябрь 1508 г.  ― к присяге на верность России приведены жители Торопца: «…сентября в 4 день писал к великому князю ис Торопца князь Данило Васильевич, что он пришол со всеми людьми в Торопец, а торопченя его встретили, и он тех к целованью привел; а которые у него не были, и он по тех послал; а которые люди литовские приводили торопчан к целованью за короля, и те люди бежали»[38].

1508 г. ― известия о претензиях ВКЛ на очередные нападения государевых людей в пограничной зоне[39].

Февраль 1508 г.  — начало активных действий М.Глинского против короля. Неудачная попытка «мятежником Глинским» взять Ковно.

Март 1508 г.. — попытка М.Глинского взять Житомир и Овруч[40], взятие Мозыря и Клетцка Приведение к присяге на верную службу к великому князю Василию III М.Глинского. Разработка плана совместных боевых действий против Сигизмунда Старого.

Начало мая 1508 г.  — поход М.Глинского к Глушску. На помощь М.Глинскому выдвинулись полки кн. Василия Шемячича «ис Северы», из Великих Лук выдвинулась армия под командованием кн. Д.В.Щени. (Разряд). Задачей объединенной армии М.Глинского, В.Шемячича и Д.Щени было отвлечение литовских сил от главной цели – Смоленска, куда выдвинулось войско Я.Захарьина. С Березины кн. В.Шемячич послал отряд кн. А.Трубецкого «мимо Луческ к Новгородку Литовскому и про короля проведывати»

Конец мая 1508 г. — долго собиравшаяся рать Я.Захарьина в составе 10 воевод выдвинулась к Смоленску[41].

После 9 июня 1508 г. — соединение под Минском отрядов Шемячича (воеводы кн.  Иван Сухорук Одоевский, Иван Михайлович  Воротынский, Андрей Васильевич Сабуров) и Глинского. По словам самого кн. М.Глинского, осады как таковой не было – войска занимались лежанием «на одном местцу». Отряды Глинского «огонь пускали и шкоды чинили, и полону на колькодесят тысеч взяли». По словам летописца «стояли под Менском две недели, и ко граду подступали ж, из пушек били, а землю Литовскую воевали мало не до Вильны»[42].

Начало июня 1508 г.. — из района Берестья выдвинулась армия короля Сигизмунда, в которой находился значительный наемный контингент Фирлея из Яновца.

До 21 июня 1508 г. . — по приказу Василия III, доставленного под Минск гонцом Ю.Замятниным, отряды Шемячича и Глинского выдвинулись на воссоединение со смоленской армией Д.В.Щени и Я.Захарьина.

21 июня 1508 г. — прибытие в Минск Сигизмунда Казимировича с армией[43].

Начало июля 1508 г. — русская армия В.Шемячича, М.Глинского и Д.В.Щени воссоединилась под Оршей. Войско Я.Захарьина осталась под Дубровной

13 июля 1508 г.  — не успев предотвратить переправу литовцев через Днепр под Оршей, русское войско стало в спешном порядке отступать на Мстиславль и Кричев к Брянску и Дорогобужу. Сам М.Глинский со своей свитой бежал в Почеп[44].

Вторая половина июля 1508 г.  — вступление короля Сигизмунда в Смоленск. Посланные за отступающим противником литовские отряды сожгли крепость Белую, а гетман Станислав Кишка разорил окрестности Торопца и Вязьмы. С известием о переходе русских под командованием Г.Ф.Давыдова, М.Колычева и Д.В.Щени к контрнаступлению литовцы отошли к Смоленску. После этого на  русско-литовском фронте образовалось затишье.

19 сентября 1508 г.  — прибытие литовского посольства Станислава Глебовича, Ивана Сапеги и Войтеха Нарбутовича в Москву для заключения перемирия.

8 октября 1508 г.  — ратификация перемирной грамоты Василием III[45].

1510 г. ― русские нападения на 14 Полоцких волостей и Витебские волости, в том числе на Озерищенскую и Усвятскую волости (эти волости и по половине Усвятской и Озерищенской захвачены)[46].

1511 г. ― обмен взаимными претензиями в нападениях на пограничные земли[47].

1511 г. ― жалобы властей ВКЛ на захват их земель «по Днепр» князем Можайским (волости перечислены). Требуют съезда судей на границе (СИРИО, 35, 495).

1512 г. ― государев волостель Пуповской земли захватил королевскую волость Неведрея Полоцкой земли, мотивируя тем, что урочище Неведрея при Иване III тянуло к Пуповской земле. Король требует съезд[48].

Ноябрь 1512 г.  — Первый поход на Смоленск. «Наперед своево походу» для блокирования крепости была послана рать И.М.Репни-Оболенского и И.А.Челяднина (всего 10 воевод)[49]. На северо-западном направлении – в районах Бряславля и Дрисвята – действовали небольшие отряды Ф.Ю.Щуки Кутузова, М.С.Воронцова, А.Н.Бутурлина, В.С.Швих-Одоевского (также 10 воевод).  К Холмскому городку выдвинулась рать В.В.Шуйского (5 воевод). К Киеву пошел вассал Василия III Василий Шемячич с новгород-северской дружиной. Этот удар, также как и поход В.Шуйского, носил вспомогательный, отвлекающий характер.  Летописи сообщают, что окрестности упомянутых населенных пунктов подверглись опустошению[50]. В декабре к Смоленску выдвинулся и сам государь с большой ратью. В январе 1513 г., когда были установлены артиллерийские батареи, началась первая осада Смоленска.

Февраль 1513 г. — Неудачный штурм Смоленска псковскими и новгородскими пищальниками. «И напившися полезоша на приступ ко граду, и иных городов пищальники, а посоха примет понесли, а полезоша в полнощ да и день тои маялися из за Днепра реки совсех сторон, и ис туров пушками биша. И много побиша пскович, зане же они пьяни полезоша,  всяких людеи побиша много…»[51].

Март 1513 г. — Снятие осады. В первых днях марта, перед началом весенней распутицы, государь Василий Иванович снял осаду и отступил. Вместе с ним с литовской земли из-под Орши, Полоцка, Витебска и с Киевщины отошли отряды, действовавшие на вспомогательных направлениях.

14 июня 1513 г. — Василий III с главными силами выступил в Боровск. В сторону Смоленска «наперед себя послал воевод своих, боярина и воеводу своего князя Ивана Михайловича Оболенского Репню, да окольничего своего Андрея Васильевича Сабурова, да иных своих многих воевод со многими людми»[52]. Согласно Разрядной книге, 17 июля эта передовая рать из одиннадцати отрядов поместной конницы (11 воевод) и одного отряда служилых татар выдвинулась к литовской границе[53]. Рать Репни Оболенского подошла к Смоленску «и оступиша град».

11 августа 1513 г. — в сторону Смоленска выступили главные силы, которые соединились с передовой ратью кн. И.М.Репни Оболенского. У стен крепости состоялось сражение с силами гарнизона: «смоленьских людей многих побили, а иных князей, и бояр, и желнырей живых, переимав многих, послали в Боровеск к великому князю». Орша, Витебск, Кричев, Полоцк были блокированы загонными отрядами «А в загон ходили под Оршу, под Мстиславль, под Кричев, под Полотск, полону бесчисленно, а города не възяли ни одного»[54].

11 сентября 1513 г. — перед Смоленском появился государь Василий Иванович, «и граду Смоленску великие скорби и бои пушками и пищалями по многу дни сотвори». Однако обстрел ничего не дал: «и что разобьют днем, а в нощи все зделают».

До октября 1513 г. — В результате вылазки витебского гарнизона русский отряд был вынужден снять осаду и соединиться с главной армией. «Литовцы с Витебска в  день святого Франциска на рассвете атаковали, пятьсот москов перебили»[55]. Псковско-новгородская рать, блокировавшая Полоцк, также отступила для соединения с главными силами «октября в 26 день, на Дмитриев день».

Апрель 1514 г. — К стенам крепости подошёл передовой полк из 1000 всадников под командованием князя Михаила Глинского. «В передовом полку бояре князь Михайло Львович Глинский да князь Михайло Васильевич Кислой Горбатой, да Ондрей Васильевич Сабуров» [56]

22 мая 1514 г. — К Смоленску подошли главные силы под командованием «князя Бориса Ивановича Горбатова да князя Михаила Васильевича Кислова Горбатова да боярина и конюшева Ивана Ондреевича Челяднина. Они же, пришед, град оступили»[57].

Май 1514 г. — под Оршей наемниками разбит русский загонный отряд. После сражения к Сигизмунду был прислан знатный пленник «на имя Ратая Иванова сына Шираева»[58].

7 июня 1514 г. — Формирование в Великих Луках рати: «июня в 7 день послал князь великий на Луки Василья Сергеева сына Левашова. А велел с Лук Великих итти воеводам на литовскую землю к Орше по полком…»[59].

Не ранее 10 июня 1514 г. — под Мстиславлем разбит русский загонный отряд[60]. Литовский отряд В.А.Полубенского из 315 «коней»[61], согласно донесениям, разбил отряд «московитов» в 300 чел., захватив при этом 30 пленных[62].

29 июля 1514 г. — Сильная бомбардировка крепости. «И повеле князь велики пушкарю Стефану пушками город бити июля в 29 день в суботу, на 3-м часу дни, из-за Днепра. И удари по городу болшею пушкою. И лучися на городе по их пушке по наряженои ударити, и их пушку розорвало, и много в городе в Смоленску людеи побило». Переговоры о капитуляции гарнизона.

30 июля 1514 г. — Капитуляция Смоленского гарнизона: «которые похотели служити великому князю, и тем князь велики влел дать жалование по 2 рубля денег  да по сукну по лунскому и к Москве их отпустил. А которые не похотели служить, а тем давал по рублю и к королю отпустил. А к великому князю князеи и панов и жолныреи многое множество служити»[63]. Составление жалованной грамоты Смоленску.

31 июля 1514 г. — Торжественный въезд Василия III Ивановича в Смоленск. Приведение к присяги жителей.

Начало августа 1514 г. — Крепости Кричев, Дубровна и Мстиславль открыли ворота перед русскими воеводами.

Июнь-август 1514 г. — Сбор в полько-литовской армии в Борисове.

27-28 августа 1514 г. — на Бобре реке были атакованы несколько московских полков, а затем на Дровне рота литовская под командованием воеводы витебского Ивана Сапеги «три полка московских поразила», после чего несколько знатных пленников было отослано королю[64].

1 сентября 1514 г. — согласно донесениям «королевские [войска] разгромили 2000 московитов и Киселича…»[65].

8 сентября 1514 г. — Битва под Оршей. Русские корпуса под командованием И.А.Челяднина и М.И.Булгакова-Голицы потерпели жестокое поражение от польско-литовских войск под командованием князя К.И.Острожского. В ходе сражения часть русской армии оказалась прижата к обрывистым берегам р.Крапивны и после сопротивления капитулировала. Большинство русских воевод полков передового, правой руки, левой руки, большого и сторожевого были убиты или попали в плен.

Конец сентября 1514 г. — Кричев, Дубровна и Мстиславль вновь перешли на сторону Сигизмунда I.

Начало октября 1514 г. — «князь Константин Острозский з войском литовским ходил под Смоленск»[66].

28 января 1515 г. — псковским наместником А.В.Сабуровым был предпринят набег. В помощь к наместнику были отправлены отряды с воеводами И.Шаминым и Ю.Замятниным, «велел им с силою псковскую и новгородскою  идти под Бряслов». С помощью хитрости Сабуров ворвался в Браславль и «много добра поима и полону». Среди захваченных трофеев оказались 18 немецких купцов, которые позже были отпущены[67]. Также были опустошены литовские посады «и под Кажном посад же ожгоша»[68].

Конец мая - начало июня 1515 г.  — Набег конных наемных рот под командованием Януша Сверчовского на Великие Луки и Торопец. Петр Томицкий в письме гнезнинскому архиепископу Яну Ласскому (от 9 июня 1515 г. ) пишет о действиях «князя Януша (Janussio duce), кому выпала честь совершить поход к укрепленным городам Великие Луки и Торопец  и предать их огню, пленению и жестокому разграблению, а затем без потерь вернуться обратно»[69].  В Разрядной книге имеется следующая запись: «приходили литовские люди войною на Луки на Великие и посады у Лук Великих пожгли, а воевали неделю; а встречи им не было: великого князя бояре и воеводы не поспели»[70].

Начало декабря 1515 г.  — Новгородско-псковская группировка боярина В.В.Шуйского направилась в набег в Витебский повет (5 полков, 10 воевод)[71]. Из-под Ржевы двинулась рать М.В.Горбатого и Д.Г.Бутурлина (5 полков, 10 воевод). Из крепости Белой к Витебску вышел вспомогательный корпус В.Д.Годунова. Без осад и полевых сражений армии прошлись по Витебскому повету, опустошая территорию.

Январь-март 1516 г.  — Рати под командованием князей А. Б. Горбатый и С. Ф. Курбский. из-под Белой и Великих Лук) и соединились под литовской крепостью. Известия с южных границ о вторжении татар заставила воевод снять осаду.

Весна 1516 г. — Несколько польско-литовских отрядов блокировали Гомель и опустошили окрестности.

1516 г. ― в РК помещена первая роспись воевод по западной границе («А на Великих Луках тогды были воеводы по полком: В болшом полку Федор царевич Мелех Даирович да боярин князь Олександр Володимерович Ростовской, да князь Борис Тебет Уланов, да лутцкой наместник Григорей Фомин... А в Дорогобуже тогды были воеводы князь Борис Иванович Горбатой, околничеи Василей Яковлич, Михайла Ондреевич Плещеев. А в Вязьме тогды были воеводы князь Михайла Данилович Щенятев да князь Ондрей Иванович Булгаков, князь Констянтин Сисеев, князь Семен Дмитреевич Щепин-Серебреной. А в Рословле тогды были воеводы князь Иван Михайлович Воротынской да князь Иван Васильевич Оболенской, да князь Иван Тать князь Федоров сын Хрипунов»)[72].

Сентябрь 1517 г.  литовская армия Ю.Радзивилла и наёмники Я.Сверчовского, под общим командованием К.И.Острожского, из Полоцка двинулись в псковскую землю. В Разрядной книге 1475-1605 гг. начало военной кампании изложено следующим образом: «Лета 7026-го году в сентебре преступил король литовской кресное целованья, и помыслом злым по опасным грамотам умысля, и пришол в Полотеск со всеми своими  людьми и, умысля с воеводы со князь Костентином Острожским и з желныри, пришли ко псковскому пригородку  к Опочке с норядом и к городу к Опочке приступали»[73].

20 сентября 1517 г. — Осада Опочки. Согласно псковской летописи, в войске противника были «многих земель люди, Чахи, Ляхи, Угрове Литва и Немцы», а также «Мураве, Мозовшане, Волохи и Сербове и Татарове»[74]. Отмечены также «от цысаря Максимьяна короля Римского были люди мудрые, ротмистры, арахтыктаны, аристотели».

6 октября 1517 г. — На рассвете начался штурм Опочки, который продолжался до вечера. После обстрела деревянно-земляных укреплений польско-литовское войско кн.К.И.Острожского пошло на штурм. Жолнеров встретила хорошо организованная оборона, «и побиша многое множество людей королева войска…и воеводу их болшого Лядской рати Сокола убиша и знамя его взяша». О гибели одного из предводителей наёмников сообщается также и в польских известиях. С горечью епископ П.Томицкий писал, что «убитых в этом деле было более 60, среди них и командир Сокол (Sokol), и 1400 ранено»[75].

После 6 октября 1517 г. — Во время одной вылазки гарнизона Опочки «передние воеводы» Ф.В.Оболенский и И.В.Ляцкий «удариша с трех сторон» на осаждающих, и «литовского войска многых людей побиша, а иных живых поимаша и к большим воеводам послаша». Шедшие к К.И.Острожскому подкрепления были разбиты русскими отрядами: «живых поимаша, Черкаса Хрептова, и брата его Мисюра, да Ивана Зелепугина и многих людей живых поимаша, и пушки и пищали поотняша»[76].

18 октября 1517 г. — С наступлением распутицы кн.К.И. Острожский снял осаду Опочки и отвел войска в Полоцк, где они были распущены на зиму.

Июль-август 1518 г. — Поход новгородско-псковской рати боярина В.В.Шуйского под Полоцк. Обороной Полоцка руководил Ольбрахт Гаштольд, а наемным контингентом – Ян Боратинский. Воспользовавшись тем, что русские беспечно оставили свои лодки, полочане отогнали их к своей пристани, после чего наемник Ян Боратинский и «тяжелая польская конница» («Poloni equites cataphracti»[77]) атаковали переправившихся для поиска продовольствия (в лагере начинался голод) русских во фронт. Не выдержав плотный натиск закованных в железо латников,  русские бросились к Двине, где, как описывается в актах Литовской Метрики, «которыи не мог забит бытии, тыи в реце у Двине потонули». Осада Полоцка была снята.

Август 1517 г. — Литовский отряд под командованием гродненского старосты Ю.Н.Радзивилла разбил отряд «князя Ивана Ростовского Буйноса и князя Алексанъдра Кашина», и захватить по 200-300 пленных[78].

Август-октябрь 1517 г.  — Князь М.В.Горбатый «ходил в Литовскую землю далеко, кош у него стоял в Молодечне, в Маркове, в Лебедеве, а воевали Литовскую землю и по самую Вильну, а направо от Вильны воевали также  по Немецкую землю, и полону и животов людских безчислено вывели». К Слуцку, Минску и Новогрудку ходила рать князя Семена Курбского и также захватила большой полон. Другому отряду удалось прорваться к Витебску и даже сжечь посады[79].

Июнь-август 1518 г.  — Масштабные вторжения русских войск в Литву. Летом к Витебску же «загонами» прошла еще одна рать (9 воевод). Еще одна рать В.В.Шуйского (12 воевод) двинулась «под Молодецну, литовские земли воевать из Вязьмы»[80], а другая рать М.В. Кислого Горбатого вышла из Дорогобужа. Вот как описывал итоги летней кампании сам Василий III в послании Альбрехту: «от Смоленска велели есмя идти боарину и воеводе своему князю Василью Васильевичу Шуйскому  и иным своим воеводам…а от Новгородцкие и от Псковские украины, с Лук Великих, велели есмя идти в Литовскую землю воеводе своему и наместнику псковскоиу князю Михайлу Васильевичу Горбатому…а из Стародуба и из Северы велели есмя идти …Семену Федоровичу Курбскому…а велели есмя идти тем своим воеводам ...прямо к болшему его к литовскому городу к Вильне…»[81]. Конечно ни о каком захвате городов речи не шло; задачи походов были вполне определенными – собрать трофеи, сорвать сборы литовского войска. «Великого же князя воеводы розспустиша войско и воеваша Литовскую землю мало не до самые Вильны»[82].

Июль 1519 г. — «Того же лета июля велел князь великий из Вязмы воеводам своим князю Василью Васильевичю Шуйскому с товарищи итти на литовскую землю. А из Стародуба воеводам князю Семену Курбскому с товарищи велел с ними же сниматися и роспись к воеводам послал с Юрьем Дмитреевым сыном Володимерова»[83]. «Того же месяца (июля) 24 день изо Ржевы ходили воеводы в литовскую же землю: в болшом полку князь Михайла Васильевич Горбатой да с ним Дмитрей Григорьев сын Ботурлина… А после того, того же лета из Дорогобужа ходили воеводы в литовскую землю: в болшом полку князь Михайла Васильевич Горбатой да Григорей Фомин сын Иванова»[84].

28 февраля 1520 г. — «з Белые ходили воеводы к Витебску… В болшом полку князь Ондрей Бучен Борисович Горбатой да князь Ондрей Дмитреевич Курбской, да Юрьи Дмитреев сын Володимеров». В войске из 11 воевод, возглавляемых В. Д. Годуновым, помимо детей боярских были также «мурзы мордовские и тотаровя служилые»[85]. Саму крепость не штурмовали, однако были сожжены витебские посады: «у Витебска посад пожгли, и острог взяли, и людей многых побили…»[86]. «А с Лук с Великих ходили воеводы к Полотцку: В болшом полку боярин князь Василей Васильевич Шуйской да Михайла Васильевич Тучков, да Василей Григорьевич Морозов». Воеводы из похода вернулись в Вязьму 11 сентября[87].

Активные боевые действия во второй половине 1520-1521 гг. практически не велись.

Июль 1520 г. ― известия о нападениях на украйны (Витебская, Могилевская, Мстиславская, Оршанская, Киевская земли)[88]. Набег на земли между Могилевым и Кричевым[89].

1521 г. — роспись воевод по западным рубежам: «А в Можайску были на Петрово заговейно Иван царевич да боярин князь Борис Иванович Горбатой. А в Вязьме наместник князь Ондрей Борисович Горбатой, А в Дорогобуже воеводы князь Ондрей Иванович Булгаков, князь Михайло Мещерской, князь Семен Ситцкой, князь Осиф Тростенской. А наместник в Дорогобуже князь Иван Горбатой. А на Белой воеводы князь Василей Кияс Мещерской да Юрьи Дмитреев сын Володимерова. В Стародубе воеводы князь Семен князь Федоров сын Алабышев да князь Петр Засекин. А в Новегородке Северском были воеводы князь Василей князь Олександров сын Ростовского да князь Василей князь Иванов сын Репнин… А на Белой воеводы Петр Лодыгин да Федор Клементьев. Да на Белой же наместник князь Иван Немой Васильевич Телепнев. А в Торопце воеводы царевич князь Федор, князь Иван Олександрович Буйнос, Иван Лошаков, Василей Овца Володимеров, околничей и воевода Михайла Васильевич Тучков, Иван Колычов. Из Воронача князь Петр Семенович Ряполовской, князь Данила Бохтеяр, князь Борис Тебет Уланов, князь Ондрей Кропоткин, Чюлок Засекин, Иван Мисинов, князь Иван Шамин Торопце же Федор Алексеев, а послал его князь великий с царевичем»[90].

До июля 1522 г. ― нападения из Опочки на земли ВКЛ, сожжены и разграблены Твержица и Вядо[91]. Нападения смоленских казаков и казаков украинных городов на Полоцк, Витебск, Оршу и Мстиславль[92]. Московские власти отрицают свою причастность ― нападали без их ведома.

9 ноября 1522 г. — состоялось составление согласованных статей мирного договора[93].

До ноября 1522 г. ― нападения витебского наместника Ивана Сапеги на Велижскую землю, свод 10 крестьян. Велиж в номенклатуре Торопецкой земли (писал торопецкий наместник Михаил Михайлович Курбский).  Аналогичные нападения на область Белой, Старцову волость, своз крестьян. Русские власти требуют от Сигизмунда вмешаться[94].

1523 г. ― жалобы полоцкого, витебского, кричевского, пропойского и речицского наместника на нападения русских. Нападают смоленские казаки. Требование к наместникам и волостелям прекратить и наказать виновных[95]. Ответная жалоба на нападение ВКЛ на земли вокруг Великих Лук[96]. Русские власти вчинили сыск ― послали сыскать у наместников, волостелей и приказных людей, были ли конфликты. Те ответили, что нападения не подтверждены, зато подтвердили литовские нападения. Списки «обидных дел» в 1524 г. отправлены королю[97].

1524 г. ― смоленский наместник Иван Васильевич Шуйский сообщил о наказании смоленских казаков, пограбивших литовских мещан: Бориса Ивачева, Якуша Лужина, Мартынка Олешова и др. Взятое велели отдать, а казаков «показнить». Аналогичная жадоба витебских мещан отклонена ― указали не на тех казаков (то есть расследование реально проводилось). Аналогичный сыск и казни виновных по нападениям на мещан из Дубровны[98].

1524 г. ― жалобы ВКЛ на нападения и перевод земель под власть русских наместников Великих Лук: присылают грамоты в Усвятскую волость и другие полоцкие земли, требуя платить «куничью дань». То же происходит вокруг Кричева, Пропойска, Чичерска, Олучиц, Речицы, Стрешина[99]. Стародубский наместник втупается в Любечскую землю. Из Гомья ― в Речицу. Великолуцкие казаки ограбили полоцкого боярина[100].

1525 г. ― жалобы стародубского наместника Александра Ивановича Оболенского о нападениях литовцев из Пропойска и Речицы во главе с приказчиком Сенькой Полозовым. Нападению подверглись стародубские и гомейские волости, Попова Гора, Дроков, Маслов десяток, Крюков десяток. Убийства, грабежи, сведение пленных. Аналогичные сведения из Смоленска, Торопца, Великих Лук, Ржевы ― нападения из Полоцка, Витебска, Орши, Дубровны[101]. Литовцы жалуются на нападение зимой 1525 г. на Мозырьские села, Стрешинскую и Горвольскую волости[102].

1526 г. ― жалобы литовцев на нападения на Речицу, Горволь, Пропойск, Чечерск (земли). Упоминаются имена пострадавших и нападавших. Захвачен полон[103]. Ответные жалобы на нападения из Киева на Чернигов, Старожуб, Гомель, Сновск, из Чичерска и Пропойска ― на Стародубские волости, Маслов десяток, Крюков десяток (в ВКЛ эти волости считаются «королевыми»[104]), Лучицкую волость. Писарь (ВКЛ) Ивашко Горностаев насильно собрал с них налог. Сводят людей[105].

1527 г. ― нападения на земли ВКЛ из Стародуба, Гомеля и других городов[106].

1528 г. ― жалобы на нападения ВКЛ на земли Смоленска, Торопца, Великих Лук, Новгорода Северского, Ржевы, Стародуба, Гомеля[107]: татьябы, разбои, грабежи великие, свод населения, убийства («до смерти бьют и вешают»). Русские наместники шлют претензии к литовским наместникам, те ни в чем управы не чинят. В эпицентре нападений ― Попова гора, Крюков десяток, Маслов десяток, Озерищенская волость «на Луках» и т.д. Литовские отряды, которые делают набеги – в несколько сот человек[108].

1528 г. — роспись воевод по западным рубежам: «Того же лета июля роспись от литовские украины: В Вязьме были Шигалей, царь казанской, да городецкой царевич Еналей, да Япанча улан. Да в Вязьме жа были воеводы боярин Иван Васильевич Хабар да околничей Иван Васильевич Лятцков, да Ондрей Микитин сын Бутурлин. А со царем Шигалеем Федор Семенов сын Воронцов. А со царевичем Ондрей Клеопин Кутузов да Борис Ступишин. А с татары служивыми был Постник Сатин. В Дорогобуже был князь Федор Тростенской да наместник Федор Невежин сын Жохов. В Торопце были воеводы князь Федор Даирович, князь Михайло Васильевич Горбатой. Да в Торопце же наместник князь Михайло Иванович Кубенской. Да в Торопце же Акдовлет царевич да Канбар мурзин сын, а с ними Степан Атяев»[109].

1529 г. — продолжатся жалобы на нападения русских из Гомеля, Великих Лук, Стародуба на Горволь, Речицу, Пропойск, Чичерск, Кричев, Олучичи, одноименные волости, а также волости Устрешская, Обидовская, Овлучицкая, Могилевская и Стрешенская, села за Сожем[110]. Взят полон в несколько тысяч человек, пленных сажают в тюрьму и отпускают «за пенязи». Захватывают «на свою сторону» села. Приводятся подробности – с именами пострадавших и деталями разбоев. Возможно, речь идет о нападениях 1528 г., потому что жалобы датированы июлем 1529 г., и в них говорится, что через послов жаловались русским властям и требовали прислать судей и неказать виновных, а ничего не было сделано. Конфликты и нежелание русских их разрешать в установленном порядке, по мнению послов ВКЛ, ставят под угрозу перемирие.

1529 г. — разряд по литовской украине: «В Вязьме были воеводы князь Александр Ондреевич да князь Ондрей Дмитреевич Ростовские; да в Вязьме же наместники князь Андрей Елецкой да Федор Клементиев. На Луках на Великих были наместники князь Ондрей княж Петров сын Великого да Василей Ондреев сын Коробов»[111].

В 1530 г. съезд на тех же условиях, с опасными грамотами и на Рождество все еще актуален – грамота от 16 августа 1530 г. фактически о том же самом[112].

1530 г. — нападения стародубских и гомельских наместников на украинные волости ВКЛ, грабежи купцов[113]. Ответные жалобы на нападения литовцев на земли Великих Лук, Торопца и Стародуба. После Пасхи люди Вишневского (А.Ф.: Вишневецкого - ?) нападали на гомельские села[114].

1531 г. — перечисление населенных пунктов, на которые нападали люди ВКЛ. Волости «приводили» к Витебску[115].

1532 г. ― известия о нападениях ВКЛ на приграничные территории ― Смоленск, Луки, Торопец, Стародуб, Гомья, Чернигов, Маслов десяток, Крюков десяток и т.д.[116] Нападения из Киева, Кричева, Пропойска, Чичерска, Речицы. Крестьян мучают, заставляют приносить присягу властям ВКЛ (силой приводят к целованию), сажают в тюрьмы, арестовывают людей русских наместников. Описание нападений на гомельские села, с именами пострадавших. На Великолуцкую волость нападали полоцкие казаки[117].

1533 г. — роспись по литовской украине: «В Вязьме были воеводы князь Федор Иванович Шуйской да околничей Яков Григорьевич Морозов; да в Вязьме ж быти князю Данилу Дмитреевичю Пронскому; да в Вязьме ж быти царевичю Шигалею Акдовлетеву сыну да Камбар мурзину сыну; а с царевичем быти Александру Семенову сыну Упину, а с татары Поснику Сатину. Того же лета июля в 20 день послал князь великий в Вязьму и в Дорогобуж, и в Смоленеск Федора Загрязскаго, а велел царевичю Шигалею Акдовлетеву сыну да воеводе князю Данилу Дмитреевичю Пронскому ехати в Дорогобуж; да в Дорогобуж же велел итти воеводам из Вязмы со смен  князю Федору Ивановичю Шуйскому да князю Иосифу Тростенскому. А околничему и воеводе Якову Григорьевичю Морозову велел итти в Смоленеск, а с ним дорогобужаном. Июля же 22 день по смоленским вестем, что королевич из Менска вышел со многими людми, а хочет быти к Смоленску, и князь великий по тем вестем велел быти в Вязьме воеводам из Боровска боярину Ивану Григорьевичю Морозову да князю Федору княж Ондрееву сыну Прозоровскому, да князю Петру княж Семенову сыну Ромодановскому; да в Вязьме же было быти князю Василью Андреевичю Микулинскому, и Микулинской тогды в Вязьме не был, а был на берегу. На Луках тогды были воеводы за городом князь Ондрей Дмитреевич Ростовской, с Пупович князь Федор княж Александров сын Оленкин да лутцкой наместник князь Дмитрей князь Федоров сын Палецкой. А в городе на Луках был наместник Юрьи Дмитреевич Шеин да Мешок Квашнин… Того же лета 42-го в Стародубе был наместник князь Федор Васильевич Овчина Оболенской; да в Стародубе же были воеводы князь Иван Ондреевич Прозоровской да князь Олександр княж Васильев сын Кашин. А каково будет дело, ино быти в городе князю Олександру Кашину, а за городом быти князю Федору Овчине Оболенскому да князю Ивану Прозоровскому. В Новегородке-Северском был наместник князь Иван Иванович Барбашин; да в Нове же городке (Далее зачеркнуто Северском) был князь Александр Иванович Стригин да с ним Останя Андреев. А каково будет дело, ино быти в городе князю Олександру Стригину да с ним Остане Ондрееву, а за городом быти наместнику князю Ивану Барбашину. В Путивле были князь Петр княж Иванов сын Засекин да наместник князь Василей княж Семенов сын Мезецкой, да Федор Васильев сын Елизарова. В Гомье наместник князь Дмитрей Щепин да с ним Клим Савастиянов»[118].

19 августа 1534 г. — Литовский гетман Юрий Радзивилл отправил походом на Северщину киевского воеводу А. Немировича и В. Чижа, князей Ивана Вишневецкого и Андрея Сангушковича-Коширского, — на Смоленск[119].

Август 1534 г. — Первые стычки на границе. Мстиславского державца Юрий Зеновьевич докладывал о том, что под Смоленском он разбил 1100 «московитов». По другим сведениям, будто бы литовцы развили последовательно 4 отряда в 1000-400 человек[120].

3 или 4 сентября 1534 г. — На стародубскую «украину» пришел литовский отряд Андрея Немирович. Наместник стародубский кн. Ф. В. Овчина_Телепнев и воевода Александр Квашнин отправили на вылазку отряд Андрея Левина не со многими людми», который  захватил до 50 пленных. Согласно дипломатическим документам «воеводы государя нашего также многих людей тут в земле побили, а иных многих переимали и гетмана желнерского Суходолского изымали, а с ним человек со сто желнер»[121]. Литовцы отошли от Стародуба, но на реке Ипути вновь были атакованы русскими воеводами.

Первая половина сентября 1534 г. — Под Радогощем был разбит отряд кн. И.И.Барбашин, после чего сама крепость была взята и разграблена[122]. Под Рославлем « литва посады же пожгли». Однако следеющая осада – Почепа – окончилась неудачей[123].

11-12 сентября 1534 г. — Отряд А.Немировича подступил к Чернигову, однако в ходе боя был отбит воеводой Ф.С.Мезецким[124].

13 сентября 1534 г. — Литовский воевода Иван Вишневецкий разорил «смоленские места» - «немало места Смоленского выжьгли и гумна и инших сель того неприятеля нашого Московского около Смоленска много попалили»[125]. Отход  литовских отрядов.

1 октября 1534 г. — Король повелел распустить на зиму войско, оставив только 3000 служебных в граничных крепостях.

Октябрь-ноябрь 1534 г. — Со Пскова наместник Д. Воронцов и луцкий наместник кн. И. Палецкий совершили ответный глубокий рейд в «землю Литовскую на 300 верст». Были сожжены посады Полоцка. Кн. И.Шуйский произвел диверсию под Витебском и, оторвавшись от погони, ушел к Лукам. 

Ноябрь-декабрь 1534 г. — Выступление из Москвы к Можайску армии под командованием кн. М. В. Горбатого-Кислого: «Лета 7043-го ноября поход в литовскую землю московским воеводам из Можайска и ноугородцким воеводам и старадубским… В большом полку воеводы боярин князь Михайла Васильевич Горбатой да князь Никита Васильевич Оболенской»[126].

3 февраля 1535 г. — Новгородская рать Б.И.Горбатого  от Опочки выступила в Литву, опустошила окрестности Полоцка, Витебска, Браславля, дойдя до села Воибровичи  в 50 верстах от Вильны, затем отступила на воссоединение с армией М.В.Горбатого[127].

Февраль 1535 г.  Кн. М. В. Горбатый опустошил окрестности Дубровны, Орши и Друцка. Из Стародуба выдвинулась рать во главе с наместником кн. Ф. В. Овчиной Телепневым.

5 февраля 1535 г. — Стародубская армия разорила окрестности Речицы, Свислочи, Чернобыля: «…из Стародуба ходили воеводы в литовскую землю: В большом полку воеводы князь Федор Васильевич Овчина Телепнев да князь Иван княж Тимофеев сын Тростенской… А пошли воеводы московские из Смоленска, а наугородцкие с Опочки в литовскую землю в четверг на всеедной неделе, февраля в 3 день. А из Стародуба воеводы пошли в литовскую землю на всеедной же неделе, февраля в 5 день, в суботу. А пришли воеводы московские и ноугородцкие на Опочку марта, дал бог, здорово, а с вестью к Москве прислали на четвертой неделе в пятницу, марта в 5 день. А стародубские воеводы пришли из литовские земли в Чернигов, дал бог, здорова со всеми людми февраля в 23 день, а воевали литовские городки Речицу, Рогачев, Свислачь, Бобруеск, Чернобыл, Горбыл, Петроков, Мозырь, Брягин, Любич и иные городки»[128].

14 февраля 1535 г. — В районах с.Голубичи, с. Бобыничи и Молодечно русские отряды русских армий М.В.Горбатого и Б.И.Горбатого соединились, после чего подошли к 15 верстам от Вильны, опустошая все вокруг.

23 февраля 1535 г. — Стародубскя рать Ф. В. Овчиной Телепневым вернулась к Чернигову.

1 марта 1535 г. — Объединенная русская армия вернулась из Литвы на Опочку[129].

8 мая 1535 г. — В Вильну прибыл корпус из наемников и добровольцев под командованием гетмана Яна Тарновского для организации похода на Смоленск[130].

20 июня 1535 г. — Для того, чтобы сорвать приготовления Литвы к походу, от Смоленска была направлена рать кн. В.В.Шуйского. От Опочки выдвинулась отряд из трех воевод под командованием кн. Б. И. Горбатого: «…Того ж лета 43-го июня поход в литовскую землю другой боярина и воеводы князя Василья Васильевича Шуйскаго и иных воевод из Можайска, а шли на Смоленеск: в большом полку воеводы боярин князь Василей Васильевич Шуйской да князь Данила Дмитреевич Пронской»[131].

29 июня- 25 июля 1535 г. — Отрядом И. Н. Бутурлина была возведена русская крепость Ивангород (Себеж)[132] – база для дальнейших операций на литовском фронте.

До 14 июля 1535 г. — Из Речицы в Северскую землю выдвинулась литовская армия Юрия Радзивилла и осадила Гомель. После трехдневной бомбардировки орудиями крепость вместе с защитниками и воеводой Дмитрием Щепиной Оболенским сдалась[133].

Конец июля-начало августа 1535 г. — В течение недели армия В.В.Шуйского  осаждала Мстиславль («и на посаде многых людей имали в полон, а иных секли, а посад сожгли, а город Мстиславль отстоялся»[134]). После того, как взять крепость не удалось, русские направили «загонные рати» в окрестности Кричева, Радомля, Могилева, Шклова, Княжичей, Копыси, Орши и  Дубровны «посады жгли и людей многих побили и живых имали»[135].

С 30 июля 1535 г. — Начало осады Стародуба. Армия Яна Тарновсокго и Юрия Радзивилла осадило крепость, защищаемую отрядом кн. Ф. В.Овчиной Оболенским.

После 20 августа 1535 г. — Возвращение армии В.В.Шуйского в Смоленск для его защиты.

29 августа 1535 г. — После длительной бомбардировки Стародуба последовал штурм. В ходе минных работ литовцам удалось взорвать и разрушить 4 прясла стены и башню. В ходе упорного сражения в самой крепости Стародуб пал, а воевода кн. Ф. В. Овчина Оболенский захвачен в плен. Во взятом городе войсками Яна Тарновского была учинена жестокая резня[136].

Сентябрь 1535 г. — Польско-литовская армия двинулась к Почепу и Белеву. Жители этих городов сожгли укрепления и ушли к Брянску.

Зима 1535/36 гг. ― готовится поход войск из Новгорода, Пскова, Москвы на «королеву землю»[137].

27 февраля 1536 г. — киевский воевода А. Немирович и полоцкий воевода Я. Глебович подступили с «великим нарядом» к Себежу[138] Себежские воеводы кн. И. М. Засекин и А. Ф. Тушин сделали вылазку и загнали литовцев на лед озера, после чего несколько воинов утонули, а часть попала в плен. А. Немирович и Я. Глебович сняли осаду и поспешно отошли.

Апрель-июль 1536 г. — На границе с Литвой были построены крепости, базы для наступления: Заволочье, Велиж, восстановлен Стародуб («доделан того же лета, иуля в двадесятый день»[139]): «Лета 7044 апреля в 21 день в Заволочье на Велиже велел князь великий город поставить. И тогды были воеводы на Велиже береженья для князь Иван Иванович Барбашин, Дмитрей Семенович Воронцов, Василей Петров сын Борисова. А город ставили Иван Рудак Иванович Колычов, а с ним были в товарыщах торопецкие помещики Дятелина Осокин, Злоба Иванов сын Чоглаков, Данила Иванов сын Игнатьева, Микита Чихачов… А как на Велиже город зделают, и тогды велел князь великий быти в новом городе Федору Семеновичю Колычову, князю Семену Елецкому, Мешку Квашнину, Петру да Михаилу Карамышевым, Степану Кокошкину»[140].

1536 г. — разряд воевод по литовской украине: «На Луках были тогды в городе намесник Юрьи Дмитреевич Шеин да Ондрей Иванов сын Бутурлин. А за городом на Луках были воеводы князь Ондрей княж Олександров сын Оленкин да наместник луцкой князь Дмитрей княж Федоров сын Палецкаго. В Торопце тогды был шибанской царевич Шигалей да Конбар мурзин сын, да наместник торопецкой князь Василей Ноготок Ондреевич Оболенской, да Данила Иванов сын Бутурлин. Во Ржеве были наместники князь Семен Елецкой да Мешок Квашнин. Во Пскове были наместники князь Олександра Ондреевич Хохолков-Ростовской да князь Олександра Иванович Стригин-Оболенской»[141].

После апреля 1536 г. — Из Велижа кн. И. И. Барбашин и «иные воеводы» ходили под Витебск – «Витепск посад пожьгли», разорили окрестности[142].

До июля 1536 г. — поход воеводы кн. И. В. Горенского из Стародуба к Любечу. Русские войска спалили острог и захватили большой полон («людей пленили множество, и многаго ради плену под иные городы не пошли»»)[143].

До августа 1536 г. — Поход под Кричев кн. М. Ю. Оболенского с Г.Г. Колычевым. Однако под крепостью они были разбиты и попали в плен[144].

Рождество 1537 г. (зима 1536/37 гг.) ― нападения русских войск на Мстиславль и Кричев[145].

1537 г. ― нападения из Речицы и Чичерска на Стародуб, Попову гору, Залесье, Бабичи, Светиловичи, Голодну, Скарбовичи, Липичи [146].

18 февраля 1537 г. (ратификация Литвой 8 июля) — Заключение перемирия до 25 марта 1542 г. Взятый литовцами Гомель отходил к Литве, а построенные на спорной территории Себеж и Заволочье — к Москве[147].

1542 г. ― взаимные нападения себежских и полоцких дворян и казаков на Полоцкие и Себежские земли[148].

1543 г., до августа ― нападение из Себежа на Нещерду, Непоротовичи, Луково и др.[149] Нападения на Гомельскую землю (у ВКЛ), угон скота. Спор полоцкого и себежского наместников о селах Мочажо и Дедино.

1543 г., до сентября ― жалобы на нападения ВКЛ на себежские, заволочские, черниговские, почапские, рославльские и др. земли[150].

1543 г. ― известие, что ВКЛ собирается строить города: на Уще озере (против Великих Лук) и Дриссе (против Заволочья)[151].

1544 г. — нападение острейских казаков на русскую волость Поносье под Стародубом, полоцких казаков на Заволочье (сожгли посад)[152].

1547 г. — «Того же лета 55-го с крещения Христова в Смоленску з боярином и наместником со князем Васильем Михайловичем Щенятевым годовали воеводы Иван Иванович Бутурлин, Василей Дмитреев сын Данилова, Василей Михайлович Машюткин, Иван Федоров сын Упин, князь Иван княж Петров сын Звенигородцкой. А в городничих были Семен Семенов сын да Ондрей Меншой Данилов сын Замытцкие»[153].

1549 г. — «Того же лета 57-го в Смоленску годовали воеводы з боярином и наместником с Ываном Ивановичам Хобаровым с стретеньева дни Иван Иванович Жулебин, Мещенин Владыкин сын [120] Дмитреев, Услюм Иванов сын Данилова, Данила Григорьев сын Фомина, Василей Тимофеев сын Замытцкого. А в приказе Григорей Семенов сын Белкин да Истома Манастырев»[154].

1550 г. — жалобы ВКЛ на пограничные конфликты – поступают из «городов украинных» Полоцка, Витебска, Мстиславля, Кричева, Пропойска, Гомеля, Речицы, Чичерска, Могилева. Особенно много конфликтов вокруг Себежа[155]. В декабре – ответные жалобы России на многочисленные нападения «на украйнах»[156]. Подробный список обидных дел, кому какой ущерб приченен[157].

1550 г. — «Того же лета 59-го с сретеньева дни в Смоленску с наместником со князем Иваном Андреевичам Куракиным годовали воеводы князь Осиф Тимофеевич Тростенской, князь Констянтин Семенович Шастунов, Иван Иванов сын Годунов, Михайла Игнатьев сын Салтыков, Борис Голочелов сын Дмитреева-Морозов. А в городничих велено было быти Ивану Васильеву сыну Полуехтову Ботурлину да Шемяту Мотякину. И Иван был болен, а был в городничих Петр Пырьев сын Осокина да Шемят Мотякин»[158].

1551 г. — «Того же лета в Смоленску годовали воеводы з стретеньева дни с наместником со князем Иваном Андреевичем Куракиным Иван Григорьевич Очин-Плещеев, окольничей Андрей Александрович Квашнин, Тимофей Булгаков сын Слизнев, князь Данила княж Иванов сын Чернаго-Засекин, князь Ондрей князь Иванов сын Слезкин-Елецкой»[159].

1552 г. — жалобы ВКЛ на пограничные конфликты из Мстиславля, Гомеля, Чичерска, Пропойска, Кричева[160].

1553 г. ― «В Рыльску были воеводы князь Ондрей Иванович Катырев-Ростовской да наместник князь Иван Олександрович Стригин-Оболенской. В Путивле были воеводы: воевода князь Григорей Иванович Темкин-Ростовской да путивльской наместник Бахтеяр Григорьев сын Зюзин, да с Почапа наместник с Юрьева дни Иван Шарапов сын Замытцкой. В Новегороде Сиверском з благовещеньева дни воеводы князь Петр Данилович Пронской да наместник князь Семен Иванович Гундоров. В Чернигове воевода князь Михайла Михайлович Троекуров да наместник князь Ондрей князь Федоров сын Оленкин. В Трубческу князь Богдан Олександрович Трубецкой; да в Трубческу же был по крымским вестям воевода князь Василей Андреевич Великого»[161].

1554 г. — нападения литовских людей на земли вокруг Заволочья, Великих Лук, Себежа (подробные описания). Цель – грабеж крестьян, рыболовов, своз сельскохозяйственной продукции[162].

1554 г. — «Того же лета 62-го со збора в Смоленску з боярином и наместником Иваном Ивановичем Хабаровым на годованье  воеводы Иван Иванович Жулебин, князь Федор княж Семенов сын Мезецкого, Александр Михайлов сын Нагово, Матвей Микитин сын Борисова, князь Василей Иванович Прозоровской. А в приказе Яков Иванов сын Мятлев-Слизнев да Ондрей Дмитреев сын Челищева. А как тое весны город Смоленеск згорел, и с велика дни в Смоленску был на время боярин Петр Васильевич Морозов. А Василей Дмитреевич Данилов тогды Смоленск писал. И царь и великий князь Василью Дмитреевичю велел город Смоленеск делати и годовати, а в его места велел Смоленеск писати Матвею Борисову. А как наместник Иван Хабаров с Смоленска к Москве сведен, и с Петрова дни царь и великий князь пожаловал Смоленском боярина князя Василья Семеновича Серебренаго. А воеводы в Смоленску с ним были те же. А был князь Василей на Смоленске до Дмитреева дни лета 7063-го, а з Дмитреева дни в Смоленску наместник князь Петр Андреевич Куракин»[163].

Август 1555 г. — «лета 63-го августа в 14 день писал к царю и великому князю из Великого Новагорода боярин и наместник князь Дмитрей Федорович Палецкой, что збираютца свийского короля немецкие люди в Выборе, а хотят быти на царевы и великого князя украины. И царь и великий князь отпустил в Орешек воеводу князь Ондрея Ивановича Нохтева; а стояти ему, не доходя Орешка, в Кипенском погосте. А в Корелу Захарью Иванова сына Очина-Плещеева. А в Орешек Петра Петрова сына Головина. А по вестем итти из Великого Новагорода в Орешек боярину и наместнику князю Дмитрею. Федоровичю Палецкому да дворецкому Семену Васильевичю Шереметеву. А нечто придут немецкие люди, и воеводам быти по полком: В болшом полку воеводы князь Ондрей Иванович Нохтев да Петр Петрович Головин»[164].

Январь 1556 г. ― Русско-шведская война, поход шведов к Орешку под командованием Якова Багге, его отряд разбит. 6 января ― поход П. М. Щенятева и Д.Ф. Палецкого с новгородской ратью под Выборг, отступление короля из-под Выборга к Стокгольму[165].

1556 г. — «В Карачеве воевода князь Михайла Петрович Репнин. В Рыльску намесник князь Семен княж Дмитреев сын Дашков. В Путивле наместник князь Василей княж Иванов сын Токмаков. В Новегородке намесник Олексей Иванов сын Скрябин. В Стародубе намесник Василей Петров сын Мухин Карпов. В Почепе намесник Темка Федоров сын Игнатьев»[166].

Осень 1557 г. — «В Карачеве князь Ондрей княж Петров сын Охлебинин; да в Карачеве ж намесник Бровка Кондырев. В Белеве намесник князь Микита Андреевич Трубецкой. В Рыльску намесник князь Семен Дмитраевич Дашков. В Путивле намесник князь Василей князь Иванов сын Токмаков; да в Путивле же город делает князь Василей Шехонской; да в Путивле же пишет Захарья Очин-Плещеев. В Новегородке Северском намесник Олексей Скрябин. В Стародубе намесник Григорей Иванов сын Колединского. В Чернигове намесник Иван Иванов сын Очин-Плещеев. В Трубцеску князь Василей Андреевич Трубецкой. В Рословле намесник Григорей Яхонтов. В Почепе намесник Михайло Сунбулов. Во Брянску намесник Фома Третьяков»[167].

Январь 1558 г. ― 22-25 января ― вторжение русских войск в Ливонию. Из Пскова передовые русские отряды воевали под Нейгаузом (Новогородком), Кирримпе (Керепетью), Мариенбургом (Алыстом), Курсловом, Бабьим. Фронт растянулся в глубину на 100 верст, а в ширину на 150 верст. У многих городов сожжены посады, взят полон. Русский поход на Дерпт. По пути взят г. Вербек (Костер). Трехдневная осада Дерпта, затем через р. Омовжу (Эмбах)– на Раковор (Везенберг) и Муку (Фалькенау). После Пиркельна полки повернули «направо к морю», к Нарве, окрестности которой были уже разорены из Ивангорода князем Шестуновым. Русские распустили «войну» по Рижской и Колыванской дорогам. Осада и разорение посадов Конгуда, Лаюса, Аскилуса, Поркела, Нейгауза, Киримпе, Мариенбурга, Вибина. Шигалей с основными силами в феврале 1558 г. перешел границу в районе Нарвы, остальные – у Нейгаузена и у Чюдского озера на Козлове-броде, выше Нарвы[168].

Весна 1558 г. — «А как воеводы из немецкие земли вышли, и были от немецкие стороны воеводы на годованьи. Во Пскове боярин и намесник князь Юрьи Михайлович Булгаков да князь Петр Иванович Шуйской. На Иванегороде воевода князь Григорей Андреевич Куракин да Иван Андреевич Ботурлин, да Павел Петров сын Заболотцкой, а в городе Иван Григорьев сын Белеутов. В Неровском городе околничей воевода Дмитрей Андреевич Чеботов да Иван Шарапов сын Замытцкой, а в городе Келарь Семенов сын Терпигорев. Во Гдове воевода князь Петр Данилович Щепин да Офонасей Михайлов сын Ботурлин. В Ызборску воевода князь Григорей Иванович Темкин да Богдан Юрьев сын Сабуров-Вислоухов. В Вышегороде воевода князь Григорей Голова Петрович Звенигородцкой да Ушатой Иванов сын Чеглоков. В Красном городе воевода Фома Иванович Третьяков да Попадья Федоров сын Вышеславцов. На Себеже князь Иван князь Михайлов сын Долгоруков»[169].

Март 1558 г. ― артиллерийский обстрел ливонцами из Нарвы Ивангорода и его посада. Отдан приказ из всего наряда Ивангорода бомбардировать Нарву. Удар русских на Валк (Влех), Розиттен (Резицу), Люцин (Лужу) и Чествин. В полевом сражении вблизи границы разбиты рыцари и орденская артиллерия. «Война» под городами длилась 4 дня[170].

Апрель 1558 г. ― из Нарвы ведется артиллерийская бомбардировка Ивангорода в нарушение перемирия на время переговоров. В ответ неделю русская артиллерия бомбардировала Нарву. Сражение под Нарвой с отрядом ливонцев из Ревеля  и Феллина, присланном на помощь осажденным. Победа русских[171].

Весна 1558 г. — разряд по пограничным городам: «В Карачеве князь Михайла князь Васильев сын Литвинова. В Трубчевску князь Семен Иванович Трубецкой да с ним сын его князь Роман. В Рыльску намесник князь Михайла князь Федоров сын Прозоровского. В Путивле намесник князь Василей княж Иванов сын Токмаков. В Ряском городе годовые Микита Вердеревской да Григорей Батурин. В Шатцком городе годовые же Василей Чертков да Мокей Лачинов. В Новом городе на Псле князь Офонасей княж Ондреев сын Звенигородцкой да Михайла Сунбулов»[172].

11 мая 1558 г. ― штурм приграничной крепости Нарвы. Город взят. Ливонцы сдали цитадель на условиях их отпуска из крепости с оружием в руках.

Июнь 1558 г. — «А после ругодевского взятья были воеводы по немецким городом: В Ругодеве боярин и воевода Олексей Данилович Плещеев-Басманов. Да в Ругодеви же Дмитрей Пушкин. На Иванегороде воевода князь Григорей Андреевич Куракин да Андакан Тушин. В Неровском городе околничей воевода Дмитрей Андреевич Чеботов да Келарь Терпигорев. В Ызборске воевода князь Григорей Иванович Темкин-Ростовской. В Красном городе воевода Фома Иванович Третьяков»[173].

6 июня 1558 г. ― после похода из Нарвы, начавшегося 25 мая, русскими взята вторая пограничная крепость ― Нейшлос (Сыренск), затем — Адеж. Все течение пограничной реки Наровы оказалось в их руках[174].

30 июня 1558 г. ― взята последняя крупная ливонская пограничная крепость Нейгауз (Новгородок).  30 июня сдался  Нейгауз (Новгородок). Осада длилась три недели, недалеко от города, под Кирримпе, стоял магистр Фюстенберг с 2000 орденского и 1000 дерптского епископского войска. После этого магистр отступил к Валку, а епископ — в Дерпт, куда пришел потрепанный московскими войсками с оставшимися в его войске 80 всадниками и 80 наемниками[175].

1558 г., до августа ― жалоба на русские нападения на черкасские и каневские земли. Из Чернигова ― нападение на г. Остер[176].

Осень 1558 г. — «А после юрьевского взятья боярин и воевода князь Дмитрей Иванович Курлетев с товарищи и которые воеводы и головы по немецким городом: В Юрьеве боярин и воевода князь Дмитрей Иванович Курлетев да околничей и воевода Василей Дмитреевич Данилов, воеводы же князь Петр Данилович Щепин, князь Антон князь Михайлов сын Ромодановской, Михайла Петров сын Головин. Да в Юрьеве же Федор Иванович Ботурлин, да в Юрьеве же диак Василей Борисов сын Колзаков. Да на вылоске были воеводы князь Петр Данилович Щепин да Михайла Головин. А в городничих в Юрьеве Василей Большой Ондреев сын  Вельяминов да Микифор Федоров сын Вышеславцов, да Ондрей Елманов сын Агарев. В Ракоборе воеводы князь Михайла Петрович Репнин да Семен Ярцов сын Нарматцкого. Да в Ракоборе же Павел Петров сын Заболотцкого. В Лаюсе Ждан Ондреев сын Вешняков. В Керепети Григорей Андреев сын Неплюев. В Рынголе Русин Данилов сын Игнатьева. В Новом городке Василей Васильев сын Розладин. В Сыренске Василей Яковлев сын Пыжев. В Ругодеве воеводы Петр Петрович Головин да Иван Шарапов сын Замытцкой. В Вышегороде воевода Федор Васильевич Шереметев. Да в Выше же городе черкаские князи Амашук да князь Василей Сибок. В Красном городе воевода Фома Иванович Третьяков»[177].

Октябрь 1558 г. ― согласно данным немецких хроник, отдельные ливонские отряды вторглись в Псковскую землю, доходили до Красного, сожгли посад[178].

Декабрь 1558 г. ― Жалобы на нападения остренских казаков (ВКЛ) на черниговские земли (см. имена пострадавших)[179].

Зима 1558/59 гг. ― набег русских на волость Бряславля Литовского через р. Двину ниже подвинских городов, взят полон, сожжены деревни[180].

Февраль 1559 г. ― на р. Донец послан князь Д. Вишневецкий, а на Днепр ― Д. Ф. Адашев для подготовки удара по крымским улусам[181].

1559 г. — наместники: «В Новегородке-Сиверском наместник Михайла Ондреев сын Карпов. В Стародубе наместник Григорей Иванов сын Колядинской. В Чернигове Василей Олександров сын Степанов. В Почепе наместник князь Иван князь Дмитреев сын Дашков. Во Брянску наместник князь Василей Ондреевич Трубецкой. В Рыльску наместник князь Михайла князь Федоров сын Прозоровского. В Путивле наместник Павел Петров сын Заболотцкого»[182].

Май 1559  г. ― рост мелких стычек и инцидентов, «розбоев, татьбы и поджогов» на всем протяжении русско-литовской границы, особенно в районе Псельского города, где черкасы на русской службе «пустошили» земли по Днепру и «рыболовья», а литовские казаки грабили в ответ. Спор о Днепре ― русские настаивают, что Днепр «Божий», ни в каком документе не расписан («сеж государей писма нет, в чьей он стороне»), поэтому можно его занимать[183].

Сентябрь 1559 г. ― известие о нападении на литовские земли в районе г. Остря черниговского наместника А. И. Вяземского[184].

Октябрь 1559 г. ― ливонский магистр, нарушив перемирие на месяц раньше срока, наняв войско, нанес удар по Сангатской мызе Юрьевского уезда (ком. – «Трегородский князец Мошкалко»). Цель похода – взятие Юрьева. В ответ Иван IV приказал выступать воеводам из приграничных с Ливонией городов и изгнать «загонщиков»[185].

Осень 1559 г. — наместники: «В Апселском городе воевода князь Олександро Ярославов да Иван Шишкин. В Трубческу воевода для осаднова времяни князь Олександро Трубецкой. В Путивле наместник Павел Петров сын Заболотцкой. В Рыльску наместник князь Василей князь Иванов сын Елецкого. Да по вестем, что приходил Дивей мурза к Рыльску на посад, были для береженья: Во Брянску воевода Григорей Иванович Нагово. В Новегородке воевода князь Михайла князь Васильев сын Жижемской. На Болхове воевода князь Роман Охлябинин. А со князем Васильем Елецким был в Рыльску в осаде Петр Дмитреев сын Тургенев»[186].

Декабрь 1559 г. ― остренские казаки разгромили и разграбили Черниговские бортные ухожьи[187].

1560 г. — «Того же лета были бояре и воеводы: В Великом Новегороде боярин князь Дмитрей Андреевич Булгаков. Во Пскове боярин князь Петр Андреевич Булгаков. В Юрьеве в Ливонском боярин и воевода князь Дмитрей Иванович Хилков»[188].

1561 г. — «В Рыльску князь Василей князь Иванов сын Елецкого. В Путивле наместник Фома Иванов сын Третьяков. В Новегородке-Северском наместник Михайло Иванов сын Колычов. Да в Нове же городке воевода князь Григорей князь Федоров сын Мещерского. Да с Почепа наместник Григорей Никитин сын Сукин. В Стародубе наместник князь Василей князь Семенов сын Фуников. Да в Стародубе же для осадного дела Иван Федоров сын Шишкин. Да в Чернигове для осаднаго дела Дияк Ржевской. В Рословле Иван Ондреев сын Годунов. Да в Рославле ж намесник Иван Федоров сын Карамышев. В Почепе намесник Григорей Никитин сын Сукин. Во Брянску наместник Офонасей Григорьев сын Колычов. В Смоленску боярин Михайла Яковлич Морозов да на году боярин Микита Васильевич Шереметев да околничей Михайла Петрович Головин. А воеводы были Иван да Микита Ивановы дети Очина Плещеева, князь Иван князь Дмитреев сын Дашков. Городничеи Иван Булгаков сын Денисьева да Федор Шелаев сын Новосильцов. А для литовских людей приходу велел государь быти в Смоленску царю Шиголею да царевичю Ибаку, да царевичю Тахтамышу, да Бекбулату. Да в Смоленску же бояре и воеводы Иван Болшой Васильевич Шереметев да Иван Михайлович Воронцов. В Дорогобуже бояре и воеводы князь Петр Михайлович Щенятев да князь Ондрей Иванович Нохтев, князь Петр Семенович Серебреной. Да в Холму бояре и воеводы князь Иван Федорович Мстиславской да князь Петр Иванович Шуйской, да князь Василей Семенович Серебреного. На Луках на Великих на году воеводы Петр Васильевич Морозов да околничей Василей Дмитреевич Данилов. Да на Луках же Великих царь Семион Касаевич да царевич Кайбула, с ним Осип Полев; да царя и великого князя бояре и воеводы князь Иван Иванович Пронской, князь Ондрей Михайлович Курбской, воеводы князь Федор Иванович Троекуров, князь Михайла князь Федоров сын Прозоровского, Федор Иванов сын Ботурлин. С нагайскими людьми Иван Выродков. В Торопце воеводы Федор Иванович Ботурлин да князь Олександр князь Иванов сын Вяземского. На Белой Иван Семенов сын Черемисинов. На Белой же воевода Федор Иванович Чюлков. На Невле Андрей Игнатьев сын Яхонтова да Роман Васильев сын Олферьев. На Велиже воевода князь Офонасей Ондреевич Звенигородцкой да Михайло Булгаков сын Денисьева. На Себеже Офонасей Михайлов сын Ботурлин да Дмитрей Шафериков сын Пушкина. Да на Себеже же воевода Замятия Иванов сын Сабуров. На Опочке воевода князь Иван Иванович Буйносов-Ростовской да Григорей Иванов сын Заболотцкой. Во Ржеве в Заволочье князь Иван Рюмин княж Ондреев сын Звенигородцкой да Федор Андреев сын Соловцов»[189].

Январь 1562 г. ― смоленский воевода М. Я. Морозов воевал «Мстиславские волости» (известие от 30 января)[190].

25 марта 1562 г. ―  из Смоленска отпущена «рать» на Литву. Удар направлен на Оршу, Дубровну и Мстиславль. У Орши сожгли слободы, у Дубровны – посад. Одновременно из Стародуба – удар путивльского наместника Г. Мещерского на Могилевские, Чечерские и Пропойские места[191].

14 апреля 1562 г. ― на Днепр отправлен Д. И. Вишневецкий «недружбу делати» крымскому хану и литовскому королю[192].

Май 1562 г. ― 21 мая Иван IV выступил в поход «на Литву» из Москвы к Можайску. 28 мая начался поход из Великих Лук к Витебску, пожгли посад и окрестные деревни. На обратном пути сожгли посад у г. Сурожа. «Роспись, как ходили из Смоленска воеводы в литовскую землю по полком: В болшом полку царевич Ибак да царя и великого князя бояре и воеводы Иван Болшой Васильевич Шереметев да Иван Михайлович Воронцов. А у царевича Ибака пристав князь Дмитрей Шемяка князь Данилов сын Гагарин… А будет литовских людей для водополья воевати немочно, а пригоже будет послати воевод воевать литовских мест, и царю Шигалею и боярину и воеводе Ивану Васильевичю Шереметеву велено отпустить литовских мест воевати: в которых местех не почают литовских людей собранья, и в поход отпустити царевича Тахтамыша да боярина Ивана Михайловича Воронцова, да околничево Михаила Петровича Головина. А в другую посылку отпустить царевича Ибака да боярина Никиту Васильевича Шереметева, да князя Ивана Дмитреевича Дашкова. А в третью посылку отпустить царевича Бекбулата да воевод Ивана да Никиту Очиных-Плещеевых».

«Того же лета роспись воеводам по полком, как ходили с Лук с Великих в литовскую землю: в большом полку воевода князь Михайла Федорович Прозоровской да Михайла Матвеев сын Денисьев»[193].

На Николин день  (22 мая) литовцы напали на Опочку, но горожане отбились «за надолбами». Литва повоевала 7 волостей, и Себежчину, и монастыри пожгли[194].

Июнь-июль 1562 г. ― поход русских войск на Витебск «под Петрово говенье» (8 июня-11 июля)[195]. Русские войска жгут посады пограничных литовских городов от Киева до Витебска и Полоцка[196].

Июль 1562 г. ― нападение русских войск из Дорогобужа на Мстиславль, сожжен посад, взято 50 чел. пленных[197].

Август 1562 г. ― По Ильине дне (2 августа) из Смоленска начался поход П. Серебряного под Мстиславль, В. Глинского ― до Дриссы и р. Двины, вернулись к Опочке. В августе ― битва отряда Курбского с литовцами под г. Невелем[198].

Сентябрь 1562 г. ― в наказе А. М. Ромодановскому перечислены литовские города, на которые в августе-сентябре нападали русские войска: Мстиславль, Кричев, Любеч, Гомель, Дубровна, Орша, Витебск, Полоцк, Озерище, Друя, Дрисса. У Витебска и Дубровны сожжены остроги[199]. Литовцы из Влеха нападали на Псковскую землю, волости: Муравеино, Оба Овсище, Коровий Бор. Увели большой полон[200]. В 1562 г. состоялся также поход «литовских людей» из Чечерска и  Пропойска совместно с белгородскими татарами на Северские места[201].

30 ноября 1562 г. ― из Москвы двинулись русские войска для нападения на Полоцк. Начался большой Полоцкий поход Ивана Грозного: «Лета 7071-го декабря поход царя и великого князя к Полотцку зимою. А с царем и великим князем князь Володимер Андреевич да царь Олександр, да царь Семион, да царевич Ибак, да царевич Тахтамышь, царевич Бекбулат, да царевич Кайбула, мурзы нагайские Тахтар мурза с товарищи. А по полком государь росписал: В болшом полку князь Володимер Андреевич да царя и великого князя бояре и воеводы князь Иван Дмитреевич Бельской, князь Петр Иванович Шуйской да князь Василей Семенович Серебреной»[202].

5 января 1563 г. ― Иван IV пришел в Великие Луки, здесь соединился с остальными отрядами. Сделана роспись Полоцкого похода, начата подготовка дорог, 10 января войска начали выходить из Лук и двигаться к Полоцку[203].

Декабрь 1562 – 15 февраля 1563 г. ― Полоцкий поход, взятие Полоцка Иваном IV. «А как царь и великий князь город Полотцк взял, и велел оставити в Полотцку на году бояр и воевод князя Петра Ивановича Шуйскова, князя Василья да князя Петра Семеновичев Серебреных да Ивана Меншова Васильевича Шереметева, воевод князя Олександра княж Иванова сына Прозоровского, князя Федора князь Иванова сына Татева. А в остроге за городом были воеводы Захарья Иванович Очин-Плещеев да князь Давыд князь Васильев сын Гундоров. А в городничих были Василей Петрович Головин да Василей Костентинов сын Замытцкой. А дьяком велел государь быти Андрею Безсонову да Василью Захарову. А город делоти Петру Зайцову да дьяку Борису Щекину»[204].

1563 г. — «А как государь пошел с Лук к Москве, росписал по годовым службам от немецких городов и от литовские украины: В Юрьеве в Ливонском боярин князь Ондрей Михайлович Курбской, воеводы князь Михайла Федорович Прозоровской, князь Ондрей Дмитреевич Дашков, Михайла Андреев сын Карпов да Григорей Папин сын Сабуров. В Вильяне князь Олександр Иванович Ярославов, Василей Борисов сын Вислоухов-Сабуров  да Ушатой Васильев сын Чеглоков. В Полчеве князь Микита князь Борисов сын Приимков, Истома Иванов сын Чеглоков. В Ракоборе князь Иван княж Иванов сын Елецкой да Семен Федоров сын Нащокин. В Лаюсе Павел Петров сын Заболотцкого да Иван Леонтиев сын Ширяев. В Алысте воевода князь Иван княж Ондреев сын Золотого да Василей Ляпунов сын Осинин. В Новегородке Иван Ондреев сын Овцын. В Ругодиве околничей Петр Петрович Головин да князь Иван княж Иванов сын Бабичев. На Иванегороде Дмитрей Федоров сын Нащокин. В Сыренске Иван Васильев сын Саблин Беклемишев. На Себежи воевода Замятия Иванов сын Сабуров да Василей Андреев сын Вешняков. На Опочке Григорей Иванов сын Заболотцкого. Во Ржеве в Заволочье воевода князь Иван княж Андреев сын Звенигородцкого да Михайла Борисов сын Чеглоков. На Луках на Великих боярин Иван Михайлович Воронцов да Федор Игнатьев сын Салтыков. На Велиже воевода князь Офонасей княж Ондреев сын Звенигородцкой да Михайла Федоров сын Сунбулов. В Торопце воевода князь Ондрей Федорович Оленкин. На Белой намесник Федор Иванович Чюлков. В Рословле Иван Иванов сын Мятлев Слизнев. Да в Рославле же наместник Иван Дубенской. В Смоленску бояре и воеводы Михайла Яковлич Морозов, Никита Васильевич Шереметев, околничей и воевода Михайла Петрович Головин, воевода князь Иван Дмитреевич Дашков, Григорей Никитин сын Борисов, Михайла Игнатьев сын Салтыков. Городничеи Иван Булгаков да Федор Шелаев сын Новосильцов»[205].

Июнь-август 1563 г. ― известие о нападениях на черниговские и путивльские места каневских черкас «с бесерменами и порубежными людьми»[206]. На Северскую землю (к Новгороду Северскому) походом с черкасами и белогородскими татарами  приходил «изменник» королевский ротмистр Михаил Вишневецкий, жег и громил деревни, взял полон, «царевы воеводы его погромили и языков взяли»[207]. Языков послали к королю Сигизмунду на обличение нарушения перемирия и с требованием наказать нападавших на Новгород-Северский, вернуть полон и имущество.

Сигизмунд обещал провести расследование, но выдвинул ответные обвинения ― в военной активности русских под Полоцком: 11 августа сожжен Лукомль (поход Богдана Сабурова, Афанасия Курчова, Ивана Колычева, Третьяка Черукова,  Чкамшина Лазарева, Ивана Тягарова (судя по всему, головы, причем из служилых крещеных татар). В том же августе 1563 г. нападение на с. Улею в Витебском воеводстве, принадлежащее Ганне Радзивилловне, жене Станислава Кишки, нападение на Лепель с волостью, на с. Боровно и Чирею, принадлежавшие Остафию Воловичу. Русские переходят Двину и нападают на села: Бобыничи, Ореховно, Плюсное, Чураки, Усвее, Глубокое, березвечо, ластовицу, Залесье, Задорожье. Под Дриссой нападению подверглись села Белое, Дерновичи, Зябки, имение Голомысль Ганны Федоровны Жославской (Яна Глебовича). Русские требуют выдачи дрисских казаков: Дениски Михоношина, Андрюшки Иванова, Войтешка Андреева и Войны как преступников в пограничье, а Сигизмунд возражает: они не преступники, а были посланы «стеречи и боронити от кривд наших подданных людей робочих»[208]. Ответные требования все вернуть и виновных в нападениях наказать.

Иван IV ответил, что нападения законны ― это все Полоцкий повет, а он отошел к России[209]: «…ино что ни есть в Полоцком повете чьи ни буди, то все наше, а чюжие люди в чюжем городе сел и имений николи не держат». Правда, обещал сыскать о походе под Дриссу – ее не считают владением России. Но пойманы дрисские казаки Милевский и Поддебейский, их обвиняют в нападении на русские владения[210].

Осень 1563 г. — «В Дорогобуже царевич Кайбула да царя и великого князя бояре и воеводы князь Иван Иванович Пронской да Семен Васильевич Яковля. На Луках Великих царевич Ибак да царя и великого князя воеводы боярин князь Ондрей Иванович Нохтев да воеводы князь Петр Данилович Щепин да князь Дмитрей Федорович Овчинин А со царевичем Ибаком князь Василей княж Иванов сын Морткин. Да на Луках же Роман Плещеев с нагайскими татары. На Луках же быти по вестем бояром князю Ивану Федоровичю Мстисловскому да князю Михаилу Петровичю Репнину да воеводе князю Дмитрею Ивановичю Хворостинину. А быти на Луках по полком: В болшом полку царевич Ибак да царя и великого князя воеводы боярин князь Иван Федорович Мстиславской да воевода князь Петр Данилович Щепин»[211].

Декабрь 1563 г. ― нападения литовских людей из Борисова на Полоцкий повет, на Лукомль, Чашничи и Нисино[212].

Январь 1564 г. — С Москвы посланы великие воеводы литовскую землю воевать, В. Серебряный и др. Из Полоцка выступил П.И. Шуйский. «Лета 7072-го поход из Полотцка в литовскую землю боярина и воеводы князя Петра Ивановича Шуйского с товарищи. А из Смоленска поход в литовскую землю князя Василья да князя Петра Семеновичев Серебреных с товарищи. А велено им сходитися со князем Петром Шуйским. А из Смоленска итти по полком. В болшом полку царевич Ибак да царя и великого князя боярин князь Василей Семенович Серебреной»[213].

Поражение русской армии под Улой. В Великий пост литовцы от Влеха воевали пригородные волости по рубежу, а русские воеводы из Невеля и Полоцка совершили удачные нападения на литовцев[214].

В наказе Писемскому сообщается о нападениях русских войск под началом  Семиона Касаевича, Ибака и Кайбулы на Дубровну, Оршу, Друческ, Борисов, по Виленский рубеж и по Березину;  г. Копос, Шклов, Тетерин, Могилев, Радомль, Мстиславль, Чичерск[215].

1564 г. — «В Полотцку бояре и воеводы князь Петр Михайлович Щенятев, князь Андрей Иванович Нохтев, Семен Васильевич Яковля, воеводы князь Володимер княж Костентинов сын Курлятев, князь Александра княж Иванов сын Прозоровского. А в остроге воеводы князь Александр княж Богданов сын Трубецкой да князь Андрей княж Иванов сын Татев. Городничеи Григорей Иванов сын Нагово да Григорей Никитин сын Сукин. Да в Полотцке же в прибавку боярин Василей Дмитреевич Данилов да воевода Дмитрей Григорьевич Плещеев. На Невле воевода князь Юрьи княж Иванов сын Токмаков да Федор Шафер Чеглоков. На Невли же воевода Володимер Лошкин-Карпов да Дмитрей Пушкин. В Торопце воевода князь Семен Данилович Пронской. На Луках Великих воевода князь Иван Андреевич Шуйской да князь Григорей Голова княж Петров сын Звенигородцкаго, да на время Алексей Михайлов сын Стараго. Во Ржеве в Заволочье Василей Юрьев сын Сабуров да Михайла Чеглаков. На Опочке Василей Борисов сын Сабуров. На Себежи Богдан Юрьев сын Сабуров да Ждан Вешняков. В Красном князь Микита Кропоткин. На Иванегороде князь Иван княж Иванов сын Бабичев. В Юрьеве в Ливонском боярин Михайла Яковлич Морозов да воеводы Федор Иванович Бутурлин, Мещанин Владыкин сын Дмитреева, Михаила Борисов сын Борисов, князь Иван Рюмин сын Звенигородцкой. В Вильяне воевода Федор Иванович Сабуров. В Полчеве князь Микита княж Борисов сын Приимков да Истома Иванов сын Чеглоков. В Алысте князь Михайло княж Иванов сын Засекин да Дмитрей Нащокин. В Лаюсе Степан Дмитреев сын Оксаков. В Керепети Микита Плещеев. В Ракоборе князь Иван княж Иванов сын Елецкого да Семен Федоров сын Нащокин. В Ругодиве воевода Федор Иванович Чюлков да Ондрей Игнатьев сын Яхонтов. В Сыренске Иван Васильев сын  Саблин-Беклемешев. Во Пскове боярин князь Дмитрей Ондреевич Булгаков. В Новегороде Великом боярин князь Федор Ондреевич Булгаков. В Смоленску боярин князь Петр Андреевич Булгаков да воеводы Иван Борисов сын Колычев да князь Борис Хованской, Михайла Годунов, Михайла Игнатьев сын Салтыков, Иван Александров сын Упин. Городничие Григорей Степанов сын Пильемов, Федор Шалаев сын Новосильцов, Инай Ординцов. В Розславле князь Василей княж Иванов сын Кашин да наместник Матфей Сакмышев. На Белой Борис Иванов сын Чеглаков»[216].

7 июня 1564 г. — известие о том, что литовцы напали на уезд г. Нейгайза, уезд Печерского м-ря, дер. Варста, Кючи, Кюни, Сулати Растиньских деревней да боярских деревень Леимостово да Сяння, Рожину мызу[217].

1564 г. — разряд на случай нападения: «А нечто придут литовские люди к Лукам или к Полотцку, и тогды быти из Брянска воеводам в сходе: князь Иван Юрьевич Булгаков да князь Михайло Жижемской. А из Смоленска быти боярину и воеводе Ивану Михайловичю Воронцову да воеводам Василью Бутурлину да Григорью Никитину сыну Борисову, да князю Ивану Дашкову. А, сшедшеся з боярином и воеводою со князем Иваном Дмитреевичем Бельским, быти воеводе князю Ивану Юрьевичю Булгакову в большом полку; а люди с ними по его списку. Да в большом же полку быти з бояры и с воеводы со князем Иваном Дмитреевичем Бельским да з Данилом Романовичем Юрьева боярину и воеводе Ивану Михайловичю Воронцову, а люди с ним по его списку»[218].

Август 1564 г. — Отряд псковских детей боярских под ком. В. Вешнякова под Красным городком разбил литовский отряд. Из Юрьева ¾ поход против литовцев отряда Д. Кропоткина[219]. Литва воевала окрестности Алыста и Юрьева. В Успеньев день громить ливонскую землю посланы казанские и астраханские татары под ком. В. Бутурлина[220].

Сентябрь 1564 г. — «73-го сентября 14 день писал ко государю из Чернигова князь Василей Прозоровской да Фома Третьяков: приходили литовские люди к Чернигову Павел Сапега да литовские рохмистры, а с ними многие люди. И они литовских людей от города отбили и многих литовских людей побили и знамя Сапегино взяли. И послан к ним з золотыми и с речью Яков Шетнев, а послано к ним по золотому»[221].

Сентябрь 1564 г. — трехнедельная осада литовцами Полоцка, но штурмуют вяло, ждут татарского нападения на Русь. Иван IV послал под Великие Луки Шигалея для дальнейшего похода на Литву. Однако тут поступили известия о набеге крымцев на Рязанские места, гибель отряда князя Мамая Ширинского и успехи под Рязанью воеводы А.Д. Басманова[222]. «Лета 7073-го октебря в 7 писали к государю из Полотцка архиепископ Трифон да бояре и воеводы князь Петр Михайлович Щенятев с товарищи: приходили литовские люди и польские к Полотцку многие: тротцкой воевода да пан Микулай Радивил, да князь Юрья Слутцкой, да староста жемотцкой, да Григорей Хоткеев и  иные многие люди; и, стояв, от города пошли прочь и по домом розошлися. И царь и великий князь велел итти с Лук с Великих под Озерище: Роспись воеводам по полком: В болшом полку царь Семион Касаевич да царя и великого князя бояре и воеводы князь Иван Иванович Пронской да князь Иван Конбаров… И ноября в 12 день писали к царю и великому князю царь Семион Касаевич да царя и великого князя бояре и воеводы князь Иван Иванович Пронской с товарищи, что город Озерища взяли. И царь и великий князь велел в Озерищах быти воеводе князю Юрью Ивановичю Токмакову да головам Невзору Чеглокову да Ивану Карамышеву. А для береженья велел государь быти в Озерищах боярину и воеводе князю Петру Семеновичю Серебреному да воеводе Федору Васильевичю Шереметеву»[223].

Октябрь 1564 г. — Из Великих Лук ¾ удар русской армии по г. Озерищу, «городок взяша огнем». Литовцы атакуют из Невгина и Чествина Алыст. Два дня воевали округу, преследуемые казаками[224]. Литовские отряды пытались разорять русские поместья в Ливонии за р. Таговесью, но отбиты. Двигавшиеся от Великих Лук отряды И.А. Шуйского и И.В. Шереметева Меньшого под Велье столкнулись с литовцами, «и потравилися наши с ними немного, да отступив, пошли к Вороначу». Литовский отряд их преследовал, но за 5 верст до Воронача повернул и устроил погром окрестностей Красного Городка, Велии, Острова. Через полторы недели литовцы ушли к Влеху с большим полоном, «и помесщиковы и христианьские дворы жгли, церквей не жгли, а вышли из земли в первую неделю поста»[225].

1 марта 1565 г. —  ¾ осада литовцами Красного, «и Бог града не предал»[226].

Сентябрь 1565 г. — нападение литовцев на с. Быстрое  Заволоцкой волости Ржевского уезда; на волости Покровскую и Ясу Полоцкого уезда. Витебские и сурожские казаки воевали села в Озерищенской волости: Балтоковичи, Ясеницы, Ловать, Степановичи, Веричи, а также Усвятскую волость. Литовцы: «христьян бьют, и животы их грабят, и головами их сводят, и рыбу ловят, и бобры гонят, и мед дерут и всякие убытки им делают»[227]. Литовская же сторона обвиняет в  нападении на Усвятскую волость, принадлежащую Витебску, русского отряда озерищенского воеводы Токмакова[228].

2 октября 1565 г. ― нападение литовских людей на Ржевский уезд Заволоцкую волость на с. Быстрое. Отряд возглавляли голова Ян Даруцкий, пан Высоцкий, ротмистр Верховецкий. Разграблена Высоцкая волость. Этот же отряд напал на Полоцкую землю: волости Покровскую и Ясу. Жгут деревни, уводят полон. Русская сторона послала обидный список. Витебские и сурожские казаки приходили на Озерищенскую волость, села Балтоковичи, Ясеницы, Ловоть, Степановичи, Веричи, и на Усвятскую волость. «…християн… бьют и животы их грабят, и головами их сводят, и рыбу ловят, и бобры гонят, и мед дерут и всякие им убытки делают». Русская сторона требует сыскать и наказать виновных[229].

февраль 1566 г. ― витебский воевода Станислав Пац жалуется на нападения «озерищенских людей» на Усвятские озера, которые относятся к витебским владениям[230].

Октябрь 1566 г. — В начале октября в Усвятской вол. Русскими была заложена крепость Усвят, на городище Межеве у устья р. Нищи ¾ г. Сокол. 12 октября русский отряд, перешедший Двину близь устья р. Улы, заложил здесь крепость Улу. 28 октября другой отряд из Полоцка осадил Воронач, где недавно литовцы поставили крепость[231]. Ответные нападения литовцев на Полоцкий повет, казаков из Дриссы и Кобеца на Невельскую дорогу под Полоцком[232].

Ноябрь 1566 г. — известие о выступлении против Литвы татарских казаков, но они по ошибке напали на путивльских казаков[233].

1566 г. — известие о строительстве Усвята, городища на Межеве, Улы, Сокола ― ВКЛ заявляет протест[234]. 28 октября – нападение русских на Воронач[235]. Ответные претензии Москвы ― дрисские и кобецкие казаки разбойничают на полоцко-невельской дороге, «людей служебных и гостей на дороге убивают». Нападения также происходят по всему Полоцкому повету «с пушками и пищалями» [236].

1567 г. — «Того же лета роспись от литовские и от немецкие украины по городом: В Полотцку бояре князь Ондрей Иванович Нохтев, Семен Васильевич Яковля, воеводы Василей Дмитреевич Данилов, князь Олександр княж Иванов сын Прозоровской, князь Роман княж Васильев сын Охлябинин, князь Володимер княж Костентинов сын Курлятев. А в остроге боярин и воевода Михайла Иванович Вороной да Офонасей Михайлов сын Бутурлин. В городничих Григорей Иванов сын Нагой да Григорей Никитин сын Сукин. На Невле воеводы князь Юрьи княж Иванов сын Токмаков да Федор Шафер Чеглаков. На Велиже воевода Володимер Лошкин сын Карпов да Дмитрей Пушкин. В Торопце воевода князь Семен Данилович Пронской. На Луках на Великих воевода на году князь Иван Ондреевич Шуйской да князь Григорей Голова княж Петров сын Звенигородцкаго, да в прибавку Олексей Михайлов сын Старого. Во Ржеве в Заволочье Василей Юрьев сын Сабуров да Михайло Чеглаков. На Опочке Василей Борисов сын Чеглаков. На Себеже Богдан Юрьев сын Сабуров да Василей Вешняков. В Красном городе князь Микита Кропоткин. На Иванегороде князь Иван княж Иванов сын Бабичев. В Юрьеве Ливонском боярин Михайло Яковлич Морозов, воевода Федор Иванович Бутурлин, Мещанин Владыкин сын Дмитреев, Михайло Васильев сын Борисов, князь Иван Рюмин сын Звенигородцкой. В Вильяне воевода Федор Иванович Сабуров, Павел Петров сын Заболотцкой да Олексей Нащокин. В Полчеве князь Микита княж Борисов сын Приимков-Ростовской да Володимер Чеглоков. В Алысте князь Михайло княж Иванов сын Засекин да Дмитрей Нащокин, а на ево место Степан Лепунов сын Нащокин. В Лаюсе Степан Дмитреев сын Оксаков да Григорей Гурьев. В Керепети Микита Плещеев. В Новегородке Степан Улмезев сын Юренев. В Ракоборе князь Иван княж Иванов сын Елецкой да Семен Федоров сын Нащокин. В Ругодеве воевода Федор Иванович Чюлков да Ондрей Игнатьев сын Яхонтов. В Сыренске Иван Васильев сын Саблин-Беклемишев. Во Пскове боярин князь Дмитрей Ондрееич Булгаков. В Новегороде в Великом боярин князь Федор Ондреевич Булгаков. В Смоленску боярин князь Петр Андреевич Булгаков, воеводы Иван Борисов сын Колычев, князь Борис Петрович Хованской, Михайла Васильевич Годунов, Михайло Игнатьев сын Салтыков, Иван Александров сын Упин. Городничеи Григорей Степанов сын Пильемов, Инай Ардинцов. В Рославле князь Василей княж Иванов сын Кащин. В Рословле же наместник Матвей Сакмышев. На Белой Борис Иванов сын Чоглоков»[237].

«Марта в 13 день велел государь переменить воевод: На Луки Великие на княж Иваново место Ондреевича Шуйскаго князь Олександр Ерославов; да готов на Луках Олексей Старой. На Невле князь Осиф Щербатой да готов на Невле Невзор Чеглоков. В Полотцке на Васильево место Дмитреева князь Иван Козлина-Тростенской. А быти в Полотцке: в болшом городе бояре и воеводы князь Ондрей Иванович Нохтев, Иван Михайлович Воронцов, воевода князь Иван Козлина-Тростенской. А в остроге за Полотою воевода Иван Дмитреевич Воронцов, Михайло Иванович Вороной. В Новом городе околничей Иван Иванович Чюлков да голова князь Данила Бабичев. На Велижи на Володимерово место Карпова князь Михайло Жижемской да Дмитрей Пушкин. В Стародубе на Семеново место Оксакова на год Микита Замытцкой. В Озерищах воевода князь Юрьи Токмаков да Иван Коромышев. В Ракоборе Григорей Папин сын Сабуров да Иван Овцын. В Смоленску бояре и воеводы Петр Васильевич Морозов да Федор Иванович Умной, да воеводы князь Борис Хованской, Михайло Салтыков, Иван Упин, князь Федор Несвитцкой. В Рословле Федор Образцов да наместник Матвей Сакмышев. В Чернигове воевода Офонасей Григорьев сын Колычев да намесник князь Василей Прозоровской»[238].

11 мая 1567 г. — «Майя в 11 день писал ко государю из Чернигова Офонасей Колычев, что вышел из Литвы выходец, а сказал, что хотят литовские люди многие быти к Чернигову с нарядом часа того. И царь и великий князь велел быти во Брянску воеводам князю Володимеру Курлетеву да ис Карачева князю Офонасью Звенигороддкому»[239].

Июнь 1567 г. — «Июня в 26 день царь и великий князь писал в Колугу к бояром и воеводам ко князю Ивану Ивановичю Пронскому да к Ивану Васильевичю Меншому Шереметеву о сходе с воеводами по вестем ко Брянскому лесу. Роспись, как сойдутца з бояры и воеводами со князем Иваном Ивановичем Пронским да с Ываном Васильевичем Меншим Шереметевым воеводы из Брянска и из Дорогобужа, и из Почепа, и ис Стародуба; и быти им по полком:  В болшом полку бояре и воеводы князь Иван Иванович Пронской да Иван Васильевич Меншой Шереметев, да из Стародуба воевода Василей Коробов. А люди с ними по их списком. В передовом полку воеводы изо Брянска князь Володимер Курлетев да князь Офонасей Звенигородской. А люди с ними по их списком. В сторожевом полку воеводы из Дорогобужа князь Андрей Хованской да из Почепа князь Давыд Гундоров. А люди с ними по их списку»[240].

1567 г. ― известия о боях под Сушей, Острожский разбил отряд Петра Серебряного [241].

Сентябрь 1567 г. — 21 сентября Иван IV выступил из Москвы «на свое дело на земское на Ливонскую землю»[242]. При получении известий о преследовании возвращающегося из Литвы посольства Ф.И. Умного-Колычева литовскими войсками, желающими вторгнуться в Смоленскую землю, на помощь посланы полки из Боровска, Ржевы и Волоколамска, которые должны прикрыть Смоленск и Вязьму. поступило известие, что преследовавший посольство литовский отряд из Орши повернул назад, так и начав боевые действия. Собранным против них отрядам из Вязьмы и из-под Смоленска приказано идти к Великим Лукам и там готовится к походу на Литву [243].

Лето 1567 г. — «Того же лета розряд от литовские украины: Во Ржеве быти царю Семиону, да царевичем Ибаку да Кайбуле, да боярину и воеводе князю Петру Михайловичю Щенятеву, да воеводе князю Петру Татеву. А после того царь и царевичи по озерищским вестем были в Торопце. В Дорогобуже быти воеводам князю Ондрею Хованскому да Дмитрею Плещееву. На Луках быти боярину князю Петру Семеновичю Серебреному. В Красном городке велено быть Василью Яковлеву сыну Пыжову. В Полотецк послал в прибавку боярина Льва Ондреевича Салтыкова… Июля в 2 день царь и великий князь велел Дмитрею Плещееву итити из Дорогобужа в Смоленеск. Во Пскове бояре и воеводы князь Василей Семенович Серебреной да воеводы князь Иван Канбаров, да Василей Бутурлин. Да во Пскове же боярин князь Дмитрей Ондреевич Куракин. И изо Пскова Василей ходил в литовские места и под городом под Смилтином литовских людей побил и языки поимал, и воевал смелтинские и кеские, и володимерские, и ровенские места; и у Стриката посады пожгли и литовских людей многих побил, привели полону три тысечи двести человек. И з золотыми к Василью послан Иван Михайлович Бутурлин»[244].

1568 г. — «Тово же году стояли государевы воеводы для приходу литовских людей: На Луках князь Иван Иванович Турунтай Пронской. В Торопце Иван Васильевичь Меньшой Шереметев. На Волоку на Ламском князь Иван Юрьевичь Голицын. В Вязьме опришнинские воеводы князь Ондрей Петрович Телятевской с товарищи. В Дорогобуже Петр Васильевич Морозов. В Смоленску воеводы Семен Васильевич Яковлев, да князь Федор да князь Иван Ивановичи Лыковы, да Михайло Игнатьевич Салтыков»[245].

январь 1569 г. ― внезапным ударом князя Александра Полубенского взят Изборск. К Изборску посланы М. Я. Морозов, И. В. Шереметев Меньшой и Ю. И. Токмаков, подошли опричные воеводы З. И. Плещеев и Ф. И. Умной-Колычев. Они отбили город[246].

1569 г. —  «Тово же году зимою по вестям послал государь в Смоленеск боярина и воеводу Микиту Романовича Юрьева, а велел ему быти в городе и посаду беречь. Да по тем же вестям послал государь в Смоленеск на вылоску князь Ондрея Васильевича Репнина… По тем же вестям послан в Дорогобуж князь Сила Гундоров. По тем же вестям послали князь Силу в Смоленеск. А в Дорогобуж прислал государь князь Ондрея Татева. Да в Дорогобуже же по тем же вестям опришнинские воеводы князь Олександра Вяземской Глухой да князь Василей Вяземской Волк. Да до тем же вестям опришнинские воеводы были на Луках Великих князь Дмитрей Иванович Хворостинин да князь Иван Петрович Охлябинин Залупа. Тово же году во Ржеве Володимерове из опришнины были воеводы Иван Колотка Дмитреевич Плещеев, князь Иван Залупа Петровичь Охлябинин, да Иван Иванович Мятлев, да Игнатей Борисовичь Блудов»[247].

Май 1569 г. —  29 мая пришло известие, что литовский писарь Жук на Копейской дороге на кугоне Беликове (по др. свед., на оз. Тубловине Кугоне), в 5 верстах от г. Копья хочет город ставить. Русские отряд Жука прогнали и вместо этого сами поставили г. Кречат на полоцкой дороге к г. Копью[248].

1570 г. — «Тово же году в семьдесят девятого в Юрьеве Ливонском годовали воеводы Петр Васильевич Морозов да Яков Салтыков. Тово же году в Полотцку годовали воеводы князь Ондрей Иванович Нохтев Суздальской, да князь Ондрей Хованской, да Микита Борисов Бороздин. В Смоленску воеводы Петр Васильевич Морозов да князь Семен Коркодинов, да Игнатей Колычов»[249].

Роспись про городам: «А по годовым службам по городом были воеводы: В Полоцку боярин и воеводы князь Ондрей Иванович Нохтев Суздальской да воеводы Василей Вислоухов Сунбулов да князь Федор князь Иванов сын Лыков, да князь Михайло Чюлков Засекин; в остроге за Полотою рекою воевода князь Глеб Оболенской. В городничих Михайло Голенищев да Василей Молвенинов. На Туровле князь Юрьи князь Иванов сын Лобанов Ростовской. На Плюсне озере на Красном Гаврило Колычов да Олександра Чоглоков. В Копье князь Михайло Лыков да Василей Ондреев сын Квашнин. В Соколе князь Иван князь Дмитреев сын Щепин. На Себежи Матвей Третьяков сын Лошаков Колычов. На Невле Михайло Чихачов. В Козьяне Лесута Хрипунов. На Ситьне Семен Колычов. На Луках Великих Михайло Григорьев сын Чоглоков. В Торопце Василей Григорьев сын Фомин. На Велиже Михайло Федоров сын Колычов. На Усвяте Петр Федоров сын Колычов. В Озерищах Истома Васильев сын Чоглоков. В Красном Федор Дмитреев сын Оксаков. Вь Юрьеве Ливонском воевода князь Микита князь Борисов сын Приимков Ростовской да Василей Пыжов сын Отяев. В Вильяне князь Иван Бабичев. В Толщеборе Василей Ондреев сын Вешняков да Семен Ивашкин. В Торвасе  Иван Иванов сын Квашнин. В Ругодеве князь Иван князь Иванов сын Елецкой да князь Неклюд Путятин. На Иванегороде Борис Олтуфьев. Во Пскове Микита Костентинов сын Замыцкой. В Смоленску боярин и воевода Петр Василъевичь Морозов да воеводы князь Семен князь Иванов сын Коркодинов да Игнатей Федоров сын Колычов»[250].

1570 г. ― 4 июля стало известно, что в противовес Суше (Копью) писарь Жук стал строить город на Копейской дороге, на Беликове, от Копья 5 верст. поступило известие, что литовцы хотят основать город на оз. Гомне между Полоцком и Плюсной. В ответ П. Чихачев и И. Лыков сами первые основали город на этом месте в 20 верстах от Полоцка. Иван IV 12 июля велел «то место для перемирья изрушити» .[251].

1571 г. — «Тово же году были воеводы по городом: В Юрьеве  Ливонском были воеводы князь Василей Юрьевич Голицын, да князь Микита Приимков Ростовской, да князь Дмитрей Кропоткин, да Ждан Квашнин. В Вильяне воевода Григорей Папин сын Сабуров да князь Иван Бабичев. В Ракоборе Иван Папин сын Сабуров да Федор Елагин. В Лаюсе Василей Еремеев. В Толщеборе Иван Головин Сабуров. В Ругодеве воевода Яков Федоров сын Волынской Попадейкин да князь Григорей Неклюд Путятин. В Тарвасе Иван Квашнин да Муха Чихачов. В Говье Матвей Лошаков Колычов. В Алысте князь Борис Гогарин. На Ситне Семен Колычов. В Соколе князь Иван Щепин Ростовской. В Полотцке боярин и воеводы князь Ондрей Иванович Нохтев Суздальской да воеводы князь Федор Иванович Лыков, да князь Михайло Чюлков Засекин, да князь Глеб Оболенской. Городничие Михайло Голенищев да Василей Большой Молвенинов. На Туровле князь Иван Лобанов Ростовской. На Красном Гаврило Колычов да Олександра Чоглоков. В Копье Михайло Борисович Чоглоков да Василей Квашнин. В Орешке воевода Замятня Иванович Сабуров. В Кореле князь Ондрей Мосальской. В Новегороде бояря князь Иван Федорович Мстисловский, да князь Петр Данилович Пронской, да Михайло Яковлевичь Морозов, да Микита Романовичь Юрьев, да Яков Ондреевичь Салтыков. На Велиже губной староста Ондрей Вельяминов Яковлев да Ратманов отец»[252].

1572 г. — «Лета 7081-го году по годовым службам по немецким городом были воеводы: В Юрьеве Ливонском воеводы князь Василей Юрьевич Булгаков Голицын, да князь Микита Борисович Приимков Ростовской, да князь Дмитрей Дрыган Михаиловичь Приимков Ростовской. В Ругодеве годовали Василей Васильевич Розладин Квашнин да князь Дмитрей Василъевичь Кропоткин. Тово же году в Ругодеве же годовали воеводы Яков Федоров сын Попадейкин Волынской, да князь Дмитрей Васильевичь Кропоткин, да князь Григорей Давыдович Неклюд Путятин, да Михайло Ондреевичь Безнин. В Ракоборе Иван Квашнин да Степан Вышеславцов. В Вильяне воеводы Василей Воронцов да Иван Бороздин, В Торвасе Тимофей Лошаков да Вешняк Скобельцын. В Толщеборе воевода Иван Сабуров. В Орешке воевода Иван Колотка Дмитреевичь Плещеев да Василей Розладин. В Кореле князь Ондрей Мосальской. В Полоцку боярин и воеводы князь Ондрей Иванович Нохтев, да князь Федор Лыков, да князь Михайло Чюлков Засекин; да в Полоцку же городничие Михайло Голенищов да Василей Ондреев сын Вельяминов»[253].

1574 г. — «Тово же году сентября по немецким городом были воеводы: В Юрьеве Ливонском намесник и воевода князь Офонасей Шейдяковичь да воевода Иван Дмитреевич Колотка Плещеев. В Вильяне воеводы Василей Федорович Воронцов да Степан Сабуров. В Ругодеве намесник и воевода князь Семен Ардасович Черкаской да воевода князь Василей Васильевичь Мосальской. В остроге воевода князь Иван Семенович Лобанов Ростовской. На Иванегороде князь Осип Михайлович Щербатой. На Яме городе окольничей и воевода князь Петр Ивановичъ Татев. В Копорье воевода князь Данило Ондреевичь Нохтев Суздальской да Григорей да Василей Собакины. В Орешке намесник князь Микита Борисович  Приимков Ростовской. В Кореле князь Дмитрей Михайлович Щербатой. В Пайде воевода князь Михайло Васильевич Тюфякин да Ермола Нащокин. В Ракоборе князь Микита князь Иванов сын Кропоткин да Субота Пушкин. В Толщеборе Иван Иванов сын Сабуров»[254].

«От Литовские украины: в Смоленску воеводы князь Юрьи Костентиновичь Курлятев, князь Михайло князь Федоров сын Борятинской, дьяк Гаврило Буиков. В Полотцку воеводы: боярин и воевода князь Семен Данилович Пронской да воеводы князь Федор князь Иванов сын Лыков, да князь Михайло князь Иванов сын Чюлков Засекин, да Михайло Чоглоков; городничие Петр Пыжов Атяев да Михайло Чихачов. На Туровле Володимер Иванов сын Вельяминов. В Красном Олександра Борисов сын Чоглоков. В Копье князь Иван Самсонович Туренин, а опосле ево был Михайло Борисов сын Чоглоков. На Соколе князь Иван князь Дмитреев сын Оболенской Щепин»[255].

1575 г.: — «В Корачеве восмьдесят четвертого году намеcник Ондреи Иванов сын Охотин Плещеев. В Рыльску осадной голова Дмитрей Нарышкин с восмьдесят третьяго году с троицына дни. В Путимле с восмьдесят третьяго году стретеньева дни намесник и воевода Василей Лвовичь Салтыков. В Новегородке Сиверском восмьдесят втораго году намесник князь Семен Коркодинов. В Чернигове восмьдесят четвертого году с преображеньева дни воевода князь Осип Михайлович Щербатой. Во Брянску Федор Камынин. В Стародубе восмьдесят четвертого з благовещеньева дни намесник и воевода Роман Плещеев. В Почепе восмьдесят третьяго году Петрова дни намесник и воевода Борис Васильевичь Шеин. В Рословле восмьдесят втораго году з благовещеньева дни намесник князь Григорей Звенигороцкой.

От литовские украины и от немецкие воеводы: В Смоленску с Петрова дни восмьдесят втораго году воевода князь Юрьи Костентинович Курлятев. В Юрьеве Ливонском князь Микита Борисовичь Приимков Ростовской да Лобан Ондреевич Бутурлин. На Велиже с восмьдесят третьяго году Лесута Хрипунов. На Усвяте) с рожества Христова восмьдесят третьяго году Василей Ондреев сын Вельяминов. В Озерищах восмьдесят четвертого году с сентября Петр Гаврилов сын Рябинин. На Луках Великих восмьдесят третьяго году з благовещеньева дни Федор Михайлов сын Ласкирев. Во Ржеве в Заволочье с оспожина дни восмьдесят четвертого году Василей Юрьев сын Сабуров. На Невле з благовещеньева дни 83-го Михайло Иванов сын Вельяминов. В Торопце з Дмитреева 83-го году Иван Юрьев сын Грязново. На Ситне с троицына дни 83-го году Яков Вельяминов да голова казачей Иван Елагин. В Полотцке с Семеня дни 84-го году воеводы князь Иван Костентиновичь Курлятев да князь Иван Дуда Иванович Лыков; городничеи Муха Чихачов да Василей Кобылин; в Полоцку же головы стрелецкие Василей Огарев, Микита Сорочнев, Иван Васильев сын Вельяминов; у казаков головы Игнатей Григорьев сын Вельяминов, Ратай Иванов сын Голенищев. На Туровле с Николина дни 82-го году Володимер Иванов сын Вельяминов да голова казачей Федор Зеленой. В Красном с оспожина дни 84-го году князь Григорей Звенигороцкой да стрелецкой голова Григорей Вельяминов. В Копье с крещенья Христова 8І-го году  князь Иван Самсонович Туренин да с рожества Христова тово же году Михайло Борисов сын Чоглоков. В Соколе з благовещеньева дни 78-го году   князь Иван князь) Дмитреев сын Щепин. На Нещедре 82-го году с радуницы Замятня Опалев»[256].

1576 г. —  «На Туровле Володимер Иванов сын Вельяминов. В Копье воевода князь Иван Самсонович Туренин. На Соколе князь Иван Дмитреевичь Щепин. В Юрьеве Ливонском намесник и воевода князь Офонасей Шейдякович, мурза нагайской, да воевода князь Микита Борисович Приимков Ростовской; да в Юрьеве же Ливонском головы стрелецкие Русин Елагин, Асан Гурьев, Иван Судаков. А у него, Ивана, в сотниках был Юрьи Иванов сын Вельяминов Обиняков. И Ивана Судакова отставили, а на ево место был в головах Юрьи Вельяминов. В Вильяне Иван Папин Сабуров. В Говье Микита Григорьевич Бороздин. В Тарвасе Василей Сабуров да Степан Вышеславцов. В Лаюсе Микита Тимофеевич Бутурлин. В Пайде воевода Иван Дмитреевич Плещеев Колотка да Увар Вешняков. В Ракоборе Иван Иванович Головин Сабуров. В Ругодеве намесник князь Семен Ардасовичь Черкаской да воевода князь Иван Семенович Лобанов Ростовской. На Яме городе Василей Степанов сын Собакин, В Орешке намесник князь Микита Кропоткин. На Копорье Григорей Собакин. В Солочи Иван Бороздин. В Пернове воеводы князь Ондрей Василъевичь Репнин да Дмитрей Иванович Вельяминов. Во Пъсле воевода князь Михайло Юрьевичь Лыков да Лобан Ондреевичь Бутурлин. В Падце воевода Ждан Квашнин, да Левонтей Окунев, да Иван Истомин сын Милюков. В Коловери Михайло Иванов сын Бурцов. В Лиговери Михайло Васильев сын Чихачов. В Полоцку воеводы князь Иван Костентинович Курлятев, да князь Иван Лыков, да князь Михайло Чюлков Засекин, да Михайло Чоглоков. Да по вестям посланы к Полоцку же князь Михайло Борятинской да Игнатей Блудов. Тово же году в Ругодеве воеводы князь Григорей Ивановичь Долгорукой Чорт да Дмитрей Вельяминов. На Туровле осадной голова Посник Чмутов сын Ребинин, да казачей голова Федор Зеленой, да стрелецкой голова Посник Кобылин. В Коловери осадной голова Кобяк Линев да Омеля Низовцов. В Красном воевода Михайло Федоров сын Колычов да голова стрелецкой Григорей Иванов сын Велъяминов. В Копье Петр Федорович Колычов да голова Олексей Непеицын. В Полчеве князь Иван Дмитреевич Щепин да Игнатей Баскаков… В Путимле намесник и воевода Василей Лвовичь Салтыков. В Рословле намесник князь Григорей Звенигороцкой. Во Мценску намесник Федор Ондреевичь Замыцкой. В Корачеве намесник Ондрей Иванович Охотин Плещеев. В Смоленску воевода князь Юрьи Костентинович Курлятев. На Луках Великих Федор Михаилов сын Ласкирев. На Невле Михайло Иванов сын Вельяминов. В Торопце Иван Юрьев сын Грязново. На Ситне Яков Вельяминов»[257].

1578 г. — «в Корачеве с Николина дни 86-го намесник князь Иван князь Юрьев сын Морткин; в Рыльску осаднай голова с Стретеньева дни 86-го Павел Бакшеев; в Путимле - с Середохрестья 86-го намесник Иван Долматович Карпов; в Новегородке Северском - с Радуницы 86-го намесник и воевода князь Осип Михайлович Щербатой; в Чернигове с Петрова заговенья 86-го воевода князь Иван Ондреев сын Долгорукой; в Брянску - с Рожества Христова 86-го намесник и воевода Дмитрей Борисович Салтыков; в Стародубе - с Вербново воскресенья 83-го намесник и воевода князь Михайло Мезецкой; в Почепе - 86-го для осады послан на время Федор Глебов сын Яковлев; в Рославле - с Семеня дни 85-го намесник Костентин Иванов сын Карамышев. От литовские и от немецкие украины в Смоленску  з Благовещеньева дни 86-го воевода князь Данило Ондреевич Ногтев Суздальской; на Велиже с Троицына дни 86-го Михайло Чихачев, да на Велиже же губной староста Василей Офонасьев сын Вельяминов, и после тово он же, Василей Офонасьев сын в Алысте  у посохи государев хлеб принимал с Яковом Бобровым, на Усвяте с Ильина дни 86-го Михайло Иванов сын Вельяминов; и приходили литовские люди к Усвяту, и посад и острог литовские люди выжгли; и Михайло писал к государю, и государь прислал в прибавку воеводу Ондрея Ивановича Охотина Плещеева. На Луках Великих - со Стретеньева дни 86-го Иван Степанов сын Злобин; вo Ржеве в Заволочье - з Благовещеньева дни 86-го Василей Большой Ондреев сын Вельяминов; на Невле - з Благовещеньева дни 85-го намесник и воевода князь Федор Иванович Лыков; в Торопце - со  Стретеньева дни 86-го воевода Иван Юрьев сын Грязново; на Ситне - голова казачей Федор Большой Яковлев сын Чириков; в Полоцке - з Благовещеньева дни 86-го: в большом городе - воеводы князь Григорей Ондреевич Куракин да князь Дмитрей Михайлович Щербатой; за Полотою рекою в Остроге воевода Петр Иванович Волынской; в Стрелецком городе - Матвей Дьяк Иванов сын Ржевской; в городничих - с Нещедры Замятия Опалев; на Туровле - з Благовещеньева дни 85-го Посник Чмотов сын Ребинин да казачей голова Федор Зеленой; в Красном - з Благовещеньева дни 86-го Михайло Федоров сын Колычев да с ним голова стрелецкой Григорей Иванов сын Вельяминов; в Копье - с Рожества Христова 87-го Петр Федоров сын Колычов, а с ним голова стрелецкой Олексий Непейцын; на Соколе - з Благовещеньева дни 86-го Илья Микифоров сын Дубенской, а с ним голова стрелецкой; на Нещедре - с Оспожина дни 86-го Иван Никитин сын Елагин»[258].

1579 г.  —  «В Корачеве - 87-го с Радуницы Богдан Васильев сын Озорного; в Рылску - осадной голова 87-го с Стретеньева дни Павел Бакшеев; в Путимле - 87-го з Благовещеньева дни намесник Елизарей Левонтьев сын Ржевской; в Новегородке Сиверском 87-го с Николина дни Григорей Хомяков. От литовские украины: в Чернигове 87-го с Петрова дни князь Иван Ондреевич Долгорукой; во Брянску 87-го с Николина дни князь Дмитрей Власов Мезецкой; в Стародубе 87-го с Рожества Христова намесник князь Михайло Васильевич Мезецкой; в Почепе 87-го с Николина дни Ушак Курцов; в Рословле  87-го с Троицына дни Степан Погожево; в Смоленску  87-го с Рожества Христова воевода князь Василей Костентинович Пронской Шиш; да по вестям посланы с Петрова заговенья князь Иван Васильевич Великово Гагин, да Юрьи Терпигорев, да дьяк Игнатей Зубатой; на Велиже 87-го с Троицына дни Михайло Чихачов; на Усвяте 87- го с Ильина Михайло Иванов сын Вельяминов; в Озерищах 86-го с Петрова дни Володимер Иванов сын Вельяминов; на Луках Великих 87-го со Стретеньева Иван Степанов сын Злобин, да по вестям с Оспожина дни митрополич дворецкой Федор Ондреев сын Замыцкой; на Невле с Николина дни Иван Никитин сын Карамышев; во Ржеве в Заволочъе 87-го Василей Юрьев сын Сабуров, во Ржеве в Заволочъе 87-го Василий Юрьев сын Сабуров; на Невле 87-го с Николина дни Иван Никитин сын Коромышев, в Торопце 86-го со Стретеньева дни воевода Иван Юрьев сын Грязной; на Ситне Иван Елагин; в Полотцке 87-го с Рожества Христова годовали воеводы: в Большом городе воевода князь Василей Иванович Телятевской, да в прибавку послан по вестям с Вознесеньева дни Иванис Григорьев сын Зюзин; да за Полотою рекою в Остроге - воевода Петр Иванович Волынской; в Стрелецком городе воевода князь Дмитрей Михайлович Щербатой да Матвей Дьяк Иванов сын Ржевской; в городничих - Замятия Опалев да Федор Петров сын Кафтырев… А в ыных розрядех пишет: в Полотцку годовали воевода: князь Василей Иванович Телятевской, да Петр Иванович Волынской, да князь Дмитрей Михайлович Щербатой, да Иванис Григорьев сын Зюзин, да Матвей Дьяк Иванов сын Ржевской, на Туровле - 86-го з Благовещеньева дни Посник Чмутов сын Ребинин, да голова казачей Федор Зеленой, да голова же стрелецкой Посник Кобылий; в Красном - 87-го с Оспожина дни Василей Ондреев сын Меньшой Вельяминов да с ним голова стрелецкой Григорей Вельяминов; в Копье 87-го с Покрова Петр Федоров сын Колычев, а с ним голова стрелецкой Олексей Борисов сын Непейцын; в Соколе 86-го с Николина дни вешнево Иван Кокошкин; на Нещедре 87-го с Оспожина дни з Белой городовой прикащик Иван Толбузин»[259].

1579 г. — Стефан Баторий взял Полоцк и полоцкие пригороды (Сокол, Туровлю, Сушу, Ситну, Казьян, Красный). «И король стоял под Полоцким 4) недели и Полотеск взял изменою, потому что воеводы были в Полоцке  глупы и худы: и как голов и сотников побили, и воеводы королю и город здали, а сами били челом королю в службу, з женами, и з детьми, и с людьми, и стрельцами»[260]. «Лета 7088-го году сентября в 1 день польской и литовской король Степан Обатур взем государев город Полотеск и в него въехал. И тово же году сентября в 19 день послал король польской людей своих с нарядом к государеву городу к Соколу, воевод своих пана Миколая и иных воевод со многими людьми на государевых  воевод. А воевод было в Соколе: окольничей Борис Васильевич Шеин, окольничей Федор Васильевич Шереметев, воеводы: князь Михаило Юрьевич Лыков, князь Ондрей Дмитреевич Палецкой, князь Василей Иванович Кривоборской. И в те поры государю донские казаки изменили, пошли ис Сокола без отпуску на Дон, не дожидаяся литовских людей. И сентября в 25 день польские и литовские люди город Сокол из наряду зажгли, и город Сокол тово числа взяли, и великаго князя воевод  и детей боярских побили наголову, а убили тогды в Соколе воевод окольничево Бориса Васильевича Шеина, князь Михаила Юрьевича Лыкова, князя Ондрея Дмитреевича Палецково, князь Василья Ивановича Кривоборсково»[261].

1580 г. —  Росписи воевод: «Тово же году на годовой были воеводы и головы: в Чернигове воевода князь Иван князь Ондреев сын Долгорукой да Лука Хрущев; в Новегородке Сиверском намесник князь Иван князь Иванов сын Лыков да осадной голова Григорей Хомяков; в Почепе Иван Долматов сын Карпов да осадной голова Якуш Курцов; во Брянску намесник и воевода Дмитрей Борисов сын Салтыков, да Роман Вердеревской, да Темир Колтовской; в Стародубе намесник князь Михаило князь Васильев сын Мезецкой, да Ортемей Иванов сын Колтовской, да Юрьи Петров сын Левонтьев»[262]. «…послан в Смоленеск князь Данило Ондреевич Нохтев Суздальской; да готовы в Смоленску Иван Бутурлин, да Остафей Пушкин, да Игнатей Блудов. А быти в Большом Старом городе воеводам князю Данилу Нохтеву да Ивану Бутурлину, да головы Ондрей Тимофеев, Яков Вельяминов, Репчюк Клементьев; в Новом Большом городе воевода Остафей Пушкин да Игнатей Блудов, да с ними головы Федор Писемской да Ондрей Давыдов; у Ворот за Торги против Селецкие горы головы князь Василей Мещерской, Микифор Олександров сын Давыдов; у Пятницких ворот головы Василей Коуров да Микифор Степанов сын Давыдов; да по вестям прибыльныя воеводы Михаило Глебович Салтыков да Петр Офонасьев сын Нащокин да голова Гур Вердеревской; а бытъ им в Земляном городе сверх росписи; а воеводам Остафью Пушкину да Игнатью Блудову и головам, которые в Земляном городе, промышляти с воеводами вместе, с Михаилом Салтыковым и с Петром Нащокиным, заодин. Таковы же воеводы 89-го году в Смоленске.

Тово же году на Белой воевода князь Василей Васильевич Тюфякин, да Иван Злобин сын Нащокин, да намесник Левонтей Григорьев сын Волуев, да Борис Ординцов. И князю Василью Тюфякину и Ивану Нащокину велено ехать к государю, а на их место прислали князь Меркулей Олександрович Щербатой да Матфей Меньшова сын Проестев. На Велиже Павлин Братцов да Василей Башманов. В Дорогобуже осадной голова Степан Кобелев. В Торопце Федор Михайлович Ласкирев, да Михайло Иванович Головин, да Дмитрей Ондреев сын Замыцской, да Матвей Васильев сын Воейков, да Офонасей Федоров сын Загряской; да с Москвы послан с наказом  о городовом деле Иван Жеребцов, а велено ему промышлять с воеводами вместе… На Луках Великих годовали воеводы князь Федор Иванович Лыков, да князь Михайло Федорович Кашин, да Юрьи Иванович Оксаков, да Василей Иванович Бобрищов Пушкин, да Василей Петров сын Измайлов; да в прибавку с Москвы послан воевода Иван Васильевич Большой Воейков да головы Иван Писарев, Матвей Уродков, Григорей Павлов, Нелюб Воронцов; да на Луки же Великие послан с Москвы к воеводам голова стрелецкой с стрельцами Иван Иванов сын Меньшово Исленьев, Степанов отец… На Невле Меньшой Колычев да намесник Степан Бобров, да в прибавку послан Иван Елизарьев сын Бибиков. Во Ржеве, Пустой и в Заволочье воеводы годовали Василей Юрьевич Сабуров, да Иван Степанович Злобин Володимеров Василей Непейцын, да на вылоске Богдан Кафтырев. Во Пскове бояре и воеводы князь Василей Федорович Скопин Шуйской да князь Иван Петрович Шуйской; воеводы Иван Васильевич Годунов, Никита Иванович Очин Плещеев, Ондрей Худяков сын Салтыков, Роман Дмитреев сын Бутурлин, князь Ондрей князь Иванов сын Хворостинин; да  головы князь Петр Борятинской, Костентин Поливанов, Клим Милюков, князь Иван Морткин, Василей Бобрищев Пушкин. И Василей послан на Луки Великие, а на ево место Иван Замятнин сын Плещеев. А быть во Пскове бояром и воеводам по росписи, только король пойдет ко Пскову; в Большом городе боярин и воевода князь Василей Федорович Скопин Шуйской, да Микита Иванович Очин Плещеев, да Ондрей Салтыков, да головы князь Иван Морткин, Костентин Поливанов; в Кремле, в Застенье князь Иван Петрович Шуйской да Роман Дмитреевич Бутурлин; на Запсковье Иван Васильевич Годунов, да князь Петр Борятинской, да голова Клим Милюков»[263].

март 1580 г. —  в Вильне произошел конфлит между Яном Глебовичем и венгерскими солдатами. Он обвинил их в «спустошении» его пограничного города Дубровны. Дошло до боевых столкновений и вмешательства короля[264]. Претензий к наемникам было много: «…били челом шляхты королю на угры и на ляхов с Московским дей государем воюешся, а нас дей воевали угры да ляхи жены и дети наши на блуд емлют, а ты дей нам управы не учинишь»[265].

апрель 1580 г. ― «А чаемъ то делаютъ по украйнам воеводы и державцы твои без твоего ведома и з Чичерска и из Гомьи и изо Мстиславля приходя в наши украинные городы в Стародубской уездъ и в Почопъской и в Рословльской, а из Орши и из Витепска приходя в Смоленской уезд и в Белской и в Торопецкой и в Лутцкой многое разлитье крови крестьянские починили многи ж да воинскимъ обычаем, а в Вифлянской земле ныне пришед твои люди Матвей Дубитцкой с товарыщи заняли место город Смилтин»[266].

1580 г. —  Разряды воевод: «Тово же году в Озерищах Володимер Иванов сын Вельяминов да Воин Нащокин; на Усвяте осадныя головы Михайло Вельяминов Обиняков да Иван Кошкаров; на Себеже воевода Федор Матвеев сын Булгаков, да Матвей Семенов сын Воейков, да Иван Шемякин сын Благово, да Костентин Скобельцын; и Матвею велено ехать к Москве, а на ево место прислан в зиму к Федору Булгакову в товарыщи князь Григорей Ондреевич Ноздроватой; на Опочке Максим Судимонтов; в Красном Ермола Нащокин; в Великом Новегороде воеводы князь Офонасей Шейдякович, да боярин князь Иван Юрьевич Булгаков Голицын, да князь Семен Михайлович Ростовской; и князь Семен послан в Порхов; в Холму князь Петр князь Иванов сын Барятинской, да Меньшой Панкратьев  сын Панин, да Юрья Кучецкой; в Ладоге князь Григорей Коркодинов да намесник Василей Лодыгин; в Порхове князь Семен князь Михайлов сын Ростовской; в Юрьеве Ливонском воеводы Иван Дмитреевич Колотка Плещеев, да князь Иван Самсонович Туренин, да князь Дмитрей князь Михайлов сын Приимков Ростовской, да князь Федор князь Осипов сын Мосальской»[267].

5 сентября 1580 г. – взятие войсками Стефана Батория Великих Лук.

1580 г. — взятие войсками стефана Батория Заволочья, Велижа, Усвята, Невеля, Озерища. «Тово же году грех ради наших литовские люди, король Степан Обатур приходил на государеву украину и, к Лукам идучи, взял город Велиж, да город Усвят, да город Невль, да город Озерища. И на Велиже в ту пору был голова Павлин Братцов, а на Усвяте был голова стрелецкой и казачей Семен Тарбеев»[268].

апрель 1581 г. — набеги и рейды русских войск под Оршей[269].

апрель 1581 г. — спор о Торопецких волостях. Из инструкции русским послам: «А будет паны рада учнут говорити о Торопецких волостях, о Жижецкой да о Плаветцкой, да о Озерецкой, которые были изстари к Торопцу, а ныне государевою данью были к Лукам, а учнут их приговаривати к Лукам и называти их учнут, что они изстари были к Лукам. И Остафью с товарыщи говорити, что те волости изстари Торопецкие, а после того были государевою данью к Лукам, а Луки были государева вотчина, а Торопец государева вотчина. И государь в своей вотчине волен, как захочет которые волости х которому городу приворачивати, в том ево государева воля. А изстари те волости Торопецкие, а не Лутцкие, а не будет мужики лутцкие и торопецкие, которые государю изменили для своих корыстей вам сказывают не гораздо, и называют те волости Лутцкими, и мужичьеим речем нечему верити»[270].

Май 1581 г. — «Маия в 21 в неделю повели послов от Менска мимо город  Соломарицы. И как  проехав Соломарицы версты з две, и туто на дороге съехался с послы пан Лаврин Радомской воевода Острейский. И говорили послы в розговоре: вы деи идете ко государю нашему, а государя деи вашего люди собрався из Чернигова и из ыных городов тысеча восмь сот  человек  и приходили деи ко государя нашего городу к Острею, которым городом яз у государя своего пожалован, и посады деи под Остреем  пожгли, и города деи мало не сожгли, были деи от города блиско. И Бог  деи учал миловати, от города отбили, и оне деи многие деревни повоевали и пожгли и многих людей в полон поимали и моих деи лутчих людей били дватцать шесть человек. И послы говорили: мы деи пане того не ведаем, нешто деи будет под Острее приходили казаки с поля без государя нашего ведома»[271].

Май 1581 г. — «Маия в 22 день в понедельник  пошли послы с приставы с стану из под Красново села. И едучи говорили послом приставы Станислав Сологуб с товарыщи: вы деи идете от государя своего к нашему государю посолством, а люди деи государя вашего выжгли в государя нашево отчине у города у Гомья да у Руи да у Дрысы посады и уезды  повоевали и выжгли и под городом деи под Гомьею взяли московских людей языков шти человек . И языки сказывают, што тут были и государя вашего дворяне. А король деи был поехал тешитца собаками, да как  деи ему сказали, что языков ваших из под Гомья привели, и городка посады, и уезды воевали, и выжгли московские люди, и он деи тешитца не поехал. И учал деи у себя волосы драть. Да тот час  велел отпустити с нарядом на Луки. И послы говорили: мы того не ведаем, а то не станетца, что государьским дворяном туто быти, нешто деи будет украдом, которые мелкие люди без государева ведома повоевали от нестерпенья королевских людей воины»[272].

Июнь 1581 г. — русские нападают на Остер и Гомель, сожгли Кричев. Видимо, имеются в виду походы из Смоленска воеводы Михаила Кафтырева. Литовцы взяли Велье[273].

Сентябрь 1581 г. —  рейд Филона Кмиты и Криштофа Радзивилла под Ржев[274].

18 августа 1581 – 4 февраля 1582 г. осада Пскова Стефаном Баторием. Захвачены псковские пригороды: Велье, Воронич, Остров, Владимирец, Выбор. Неясна судьба Опочки: судя по всему, ее гарнизон просто просидел в осаде в крепости на острове всю войну. Осада Псково-Печерского монастыря.

1581 г. —  при размежевании будущей границы важно лишить ее опорных пунктов-крепостей. Незащищенность границы – залог мира на ней, построение опорных крепостей – залог войны: «…из Себежа казаки государя вашего учнут приходити на полоцкие и на дрыскии места, а нашего государя казаки полоцкие и дрыские учнут приходити на себежские места, и в том меж государей опять война взочнетца, и кровь крестьянская учнет литца»[275]. Выход, по мнению панов – сжечь и Себеж, и Дриссу. Русские послы возражают: «…то панове ваши слова к доброму делу не пристоят у государя нашего и у вашего государя не один Себеж да Дрысь пограничные городы и иные многие пограничные городы сошлися. Да не все те городы государем зжечи или разоряти, коли меж государей доброе дело постановитца, тогды и по всем границам войны уймутца»[276]. Показательно, что паны упирают на самовольство приграничного населения, которые обязательно начнут свою войну, а русские – на сильное государство, которое заставит – и будет мир.

1582 г. —  Решено городов новых не ставить: «…Да бояре ж послом говорили, чтоб государь наш з государем вашим с Стефаном королем вдаль перемиря велел учинити или на вечнои мир делати, а городов бы с обе стороны блиско рубежеи не ставить и государю нашему ныне мимо приговор посолскои делати о вечном миру и перемирных лет прибавливати не при гоже, а делати ныне по посолскому договору на пермирные лета а о городех чтоб с обе стороны блиско рубежеи городов новых не ставит и государь наш по тому учинит в переминые лета городов новых ставити блиско к рубежеи не велит и преремирные грамоты то написати велит, что городов новых с обе стороны не ставит и мест нигде не посидати»[277].

Январь 1582 г. — многочисленные конфликты на землях, которые надо освобождать по условиям Ям-Запольского перемирия: «…изо многих мест приходя воюют и многое кроворозлитие делают приходили после договору наших послов и твоих послов изо Мстиславля князьВасилей Черториской да князь Богдан Шинков со многими людьми на Смоленские  места и на Дорогобужские генваря в 25 деньь многие места повоевали и села и деревни жгли и людей побвали и в полон многих людей имали, а взяли в полон детей боярских нижегородца Григорья Доможирова, да смолнян детей боярских Игнатья Полтева да Ивана Кокошкина, да сотника казачья пронского города Рычка Брянцова, а черных людеи многих поимали и побили, а после того февраля в 5 деньь литовские люди с Кричева и с Пропойска и с Чичерска из Бобрычска Ян Оршевский да пропойской подстаростеи со многиме людьми приходили воиною на Северские сеста и к городу ко Брянску пришли безвестно, а наши люди жили оплошася по нашему заказу, что есмя по всем границам от литовские украины заказ крепкой ученили по послов наших договору рати и воины всчинати не велели, а велели им житии в покое, а люди твои пришед безвестно, город наш Брянеск сожгли и воеводу нашего князя Ивана Лыкова с женою и з детьми и с людьми да сына боярсково Игнатья Тютчева с матерью да сестрою в полон взяли да наряд взяли пять пушек да пятнатцать пищалей и затинных, а иных наших воевод и детей боярских многих людей побили и в полон поимали и многие места воевали, а которые наши дворяне от послов поехал из неметцких городов возит людей и наряд, а вывозит было с обе стороны из наших городов из Московские земли с Лук, з Заволочья, с Невля, с Холму, изо Псковских пригородов нашим людем твох людей и наряд и запасов возить, а из неметцких городов наших людей и наряд и запасы возит тутошным латышем и из наших городов из Холму и изо Псковскских пригородов люди твои со всем поехали, а давали им подводы наши и дворяне собрав по посолскому договору, а из Юрьева, из ливонского к нам писал наш дворянин Василей Петрович Головин, что ему под образы и под церковное украшенье и подо владку и под наряд и под пушечные запасы и под наших людей, дворенин твои Жигимонт Рожинпо послов твоих договору латышей с подводами на чем нашим воеводам вести наш наряд и запаси людей из Юрьева во Псков Февраля по пятое число не давывал и подвод не збирают, а после тот февраля в 10 день писал к нам дворянин наш Иван Жеребцов из Красного, которой от послов поехал во Псковские пригороды имать их у твоих людем ехал он из острова в красной город  наехал он литовских многих людей во Псковских пригородех в Велском и в Красногородцком уезде, а они стоят по деревням и наши крстьян побивают и жон и детей в полон емлют,а деревни жгут и он им говорил, чтоб они пошли из нашие земли и людей не побивали и в полон  не имали и деревень не жгли и литовские люди его не послушали, а стоят во Псковском уезде и людей побивают и в полон емлют да писал к нам из Вороноча наш сын боярской Фока Котенин, что ему литовские люди города нашего Воронача февраля по трете на десят число на отдадут да пришли деи литовские люди под Выборец  и посад Выборский сожгли и деревни воюют и жгут и крестьян побивают и в полон емлют, да писал к нам дворянин наше Федор Михайлович Ласкирев, которой послан в Холм и на Луки Великие, что дворенин твои князь Богдан Агинской города нашего Лук Великих нашим людем Февраля по шестое на десят число не отдаст, а литовские люди с Лук Великих лопот с товарыщи посылают в воину и лутцкой, и Холмском уезде воюют бех престани села и деревни жгут и крестян побивают и людей в полон ведут и иных крестьян збирая в избах запирая жгут, а в Заволоче и на Невле князь Богдан Агинской отдават их не едет, а в Заволочском уезде  наш изменник Умар Сарыхозин со многими казаки с литовским и Ржевской уезд воююти людей многих побивают и в полон жены их и детей млют, а иных мужиков чорных в ызбах запирают жгут и многие крови крестьянские проливают за договором, за присягою послов твоих такое кровпролитство чинят, чего и в ратное время не бывали»[278]. Русская сторона, в свою очередь, задержала могилевских и виленских купцов и предлагает обменять их на «свежих» пленных[279].

Вообще ощущение, что мира ждали: не успели подписать грамоту – откуда купцы, массово задерживаемые в другом государстве? Откуда в таком количестве в зоне недавних боев (!) черные крестьяне? В Смоленске уже в начале марта литовские купцы 15 человек во главе с Мартыном Мамоновым[280].

Март 1582 г. — эвакуация идет плохо: «…как яз с Москвы от государя своего поехал марта в 8 деньь и ко государю из Юрьева и из Виляна и ис Пернова государевы дворяне пишут, которые поехали с королевскими дворяны городов Вифлянской земле отдавать, что подвод под государские люди и под наряд и подо всякую казну и под запас не дают, а они в городех живут по неволе, что ехать не на чем, а с Лук Великих писал государской дворянин Федор Ласкирев, что Стефанов королев дворянин князь Богдан Агинской к Лук Великих февраля по шестое на десят число не оставывал и Невля и Заволочья не отдавывал же один Холм отдал, а холмской и Лутцкой и Пусторжевской и Невелской уезд со уездом выжгли и вывоевли и людеи в полон поимали и в ту пору такого кроворозлития христьянского не было от литовских людей как война была как ныне после посолского крестного целованя мимо приговор сколко крови крестьянские литовские люди пролити и тепере проливают»[281].

4 марта 1582 г. — «И марта в 8 день писали ко царю и великому князю из Смоленска воевода князь Данило Нехтев с товарищи да дьяки, что литовской ж гонец Матвей Проворской пошел за рубеж в Литву марта в 4 день. И марта ж в 4 день как после посольского о мирном постановенье договору приходили литовские люди ко Брянску и Брянеск сожгли и и воевод и людей в полон поймали и на Дорогобужские и на белские места приходили войною и во многих местех от литовских людей учали задоры быти через приговор и крестное целованье послов государевых и литовских послов как на съезде крестным целованье на обе стороны укрепили»[282]. О тех же событиях и нападении русских на Лоеву гору: «…черниговские люди пришел после договору послов литовских со государевыми послы в Стефанов королев городов в Лоеву Гору да людеи многих побили и пожгли и город сожгли и то они учинили через крестное целованье послов государевых и Михаилу говорит в кою пору приходили литовские люди ко Брянску  город Брянск сожгли и воевод поимали, а иных побили и в ту же пору пошли из Лоевы Горы воевал в Ноугородцукие места и в Почапские и черниговцы  их дошли у Лоевы Горы да их побили и город сожгли и государь тех пленных кого взяли туто в Лоеве Горе сыскати велел, а хочет отпустит их, а Стефан бы корол отпустил, сыскав тех, которых во Брянске и во Брянском уезде и по иным местом и в Смоленске поимали государевых людей литовские люди после договору литовских послов со государя нашего послы»[283].

Конфликты объясняются тем, что на места в марте грамота о перемирии якобы еще не поступила: «…писали к нам из Чернигова наши воеводы князь Иван Долгорукой с товарыщи, что литовские люди в то же время как приходили литовские люди ко Брянску приходили из Лоевы Горы многие литовские люди на Ноугородцкие места воиною и многие места воевали и людей наших многи в полон поимали и наши люди черниговские не мога терпет многих обид от твоих  людей войны за теми людми и за полоном ходили до города до Лоева Горы и город Лоеву гору сожгли,  а людей иных в полон поимали,а чернигов ещо в то время от нас о заказе грамоты не вошли и о после того наши грамоты до него дошли и по нашеи грамоте черниговской воевода князь Иван Долгорукой писал в Любеч к любеческому державцу, что наш указ к нему князю Ивану в чернигов дошел, что наши послы на съезде с твоими послы договор учинили меж нас на перемире на десят лет и наш воевода князь Иван Долгорукой заказ учинил воины всчинати не велел, а Любечскои бы державец по тому ж рати и воины не всчинати не велел и Любескои державец Богдан Разсудетцкой к воеводе нашему ко князю Ивану в чернигов писал в своеи грамоте, что ему розказане от тебя от Стефана короля не бывало о перемире, а и Стародуба нам наш воевода князь Михаило Мезетцкой писал, что писал н по нашему указу о заказе с чичереск к державцу к Семену к Воинилову и чичерской державец по тому ж к нашему воеводе в Стародуб писал, что к нему от тебя от Стефана короля о том перемире указ не бывал и то дело с сталос, что наши люди черниговские Лоеву Гору сожгли и людей в полон поимали ещо им указ от нас в чернигов не пришел, а сталос то от твоих же людей задору, что приходили воеват в наши места в ноугородцкие и людей многих побили  и в полон поимали и ты б Стефан корол про то с нами не любя не вели за то на нас не подивил, а сталось то от твоих же людей задору и вперед по всем границам заказ крепкои учинил, что  б вперед задору люди твои нашим людем не чинили и воины не всчинали, а мы по всем границам заказ крепкои учинили рати и воины всчинат не велели и обид никаких чинитне велели, а про тех про твоих людей, которых в Лоеве Горе наши люди поимали сыскат велели, а сыскав отпустит велим, а ты б Стефан корол наших людей и потому ж сыскав, которых поимали во Брянске и в Смоленском уезде твои люди после договору послов наших с твоими послы потому ж отмустит велеле, а того бы к намх беречи велети накрепко с обе стороны, что б такими задоры меж нас доброе дело не нарушивалось»[284].

лето 1582 г. — продолжается размежевание земель после Яма-Запольского, его условий недостаточно: «…И бояре про то государю царю и великому князю сказывали и царь и великий князь приговорил з бояры, что в перемирные грамоты  с Петрова дни срок написать, а о рубежех и о Велижскои волости написать в грамотах в перемирных с посолских з договорных записеи, а старинного рубежа Витебскои земле с Торопитцкою землею сыскав рубеж учинити по старым рубежом, а Усвяту и Усвятцкому уезду и Суражу и Сурожскому уезду и Озерищу и Озерищскому уезду с Лутцким и с Невелским уездом учинити рубеж по старым рубежом сыскивая сторожилцы на обе стороны, а срок судям выслати на рубеж маия в 1 день а быть с судями с обе стороны поровну по пятдисят человек»[285].

Июль 1582 г. —  попытка сжечь Озерище: «…приходили с Невля государя вашего люди четыре человеки в Озерище злодеи с ним обычаем и город Озерище зжечь хотели и государя нашего люди их изымали и про тоих пытали и сказалися они на пытке сами, что их прислал невелской воевода жечи города и до пытався у них того да их казнили»[286].

Июль 1582 г. — витебский воевода Пац ставит город: «…в кою пору государя вашего послы князь Януш Збаражской с товарыщи у государя нашего были на Москве и в те поры пришед из Витебска воевода витепской миколаи паца в государя нашего землю в Велижскую волость и в тои волости на устье реки межи от города от Велижа тритцать верст вверх по Двине город поставил, а на то место на устье межское дорога искони вечная вденьым путем из государя нашего городов з белые и из Смоленска к лукам и к торопцу и тою государя нашего землею торопетцким уездом Велижскою волостью владет насилством миколаи Патца через крестное целоване, а которым помещиком та земля роздана в поместье и литовские люди Патцыны в тое волость в Велижскую не пустят государя нашего детей боярских, а в перемирных грамотах написано, что с обе стороны государем нашим в перемирные десят лет мест нигде не поседати и городов новых не ставити и государя вашего воевода такие дела делает через перемирные грамоты и черех крестное целоване пришед в государя нашего земле в Велижской волости город делает и Стефан бы король доброго дела и крестного целованья такими задоры не нарушивал, что постановилос витебского воеводу пацу унял от такова задору и города б в государя нашего земле в торопетцком уезде в Велижскои волости на межском уестье миколаю паце делати не велел и велел его розметат и вперед на том месте города ставити не велел и людей свел и в государя нашего землю в Велижскую волость петце вступатись не велел ничем, а такими б причинами меж государей наших доброе дело не нарушивалост и стояти о том накрепко, чтоб однолично город с того места Стефан король велел снесть»[287].

У Паца экономический интерес: «…воевода витебской Станислав Патца государевою землею торопетцким уездом Велижскою волостью владеет силно и город в Велижскои волости на межском устье поставил и которые государевы люди на то межеское учтье ездят воденым пустем з Белые и из Смоленеска к Лукам и к Торопцу и на тех государевых людех емлет пошлину великую и дорогу меж государевых городов затворил и крестьяном Велижские волости в Торопец приходити и слушети и пошлин платити не велит, а велит присегати и пошлины платити и приходити к себе в Витебск, а называет тое торопекую волость Велижскую затевая от себя в литовскую стороны и Велижу городу, а из Смоленеска государевы воеводы князь василеи костентинович пронской с товарыщи и дяки ко государю писали, что Станислав же паца вступается во государеву отчину в Смоленскои уезд в старинной в порецкой да в щучеискои волости во многие места и листку крестьяном в те волости Станислав от себя прислал, а велит крестьяном тех волостеи приходити и присегати и пошлины платити к себе в Витебску да в Велиж и задоры государевы людем чинит великие»[288].

«…вступаетца Патца витибскои воевода в нашу отчину в Смоленской уезд в старинои в порецкую волость перелезши через старои рубеж и велит крестьяном нашим тое порецкие волости приходити и присегати и пошлины платити к себе в Витебск да в Смоленеск ж пришли к воеводам Смоленского уезда щучеиские волости крестьяне заня павлов в товарыщи, что приезжали к ним в щучеискую волость из Велижа перелезши за рубеж литвин корнило з дватцатю человеки с литовскими людми от Патцы ж воеводы витебского, а велят той волости крестяном приходити и пресегати и пошлины платити к Велижу а те волости порецкая и щучеиская искони вечные наши смоленские и в перемирных грамотах старых и в новых и в нынешних с тобою с Стефаном королем написаны к нашеи отчине к Смоленску, да писали нам с лук великих воевода наш Михаило Иванович головин, что августа в 22 день приходили в Луткой уезд в Огрызково литовские люди Ян Горлинской, да с ним ротмистр микита да григореи да олександр обуевской, а с ними литовских людей конных и пеших семсот человек и крестьян во грузкове переимали, а детеи боярских, которым то село роздано в поместье лариона дат Ивана Извековых да Микиту Секерина да Семена Монастырева переграбя и с поместья их из Огрызкова выбили и вперед им в Огрызково вьезжати не велят, а то село Огрызково за много лет издавна нашие отчины лутцкого уезда и твой литовские люди ис того села крестьян свели с собою на межское устье и держав их у себя отпустили, а приказали ко крестьяном, чтоб приходили к нимх на межское устье, а на луки б не приходили»[289].

«…из Витебска воевода Станислав Патца пришед в государеву землю в Велижскую волость и в той в Велижской волости на устье межи реки от города от Велижа тритдат верст вверх по двине город учел ставити, а на то межское устье дорога искони вечная воденьым путем из государевых городов з белые и из Смоленска к лукам и к Торопцу и Станислав Патца а ту дорогу затворил и с проезжих дей людей учел имати пошлину великую»[290].

22 августа 1582 г. — «Приходили августа в 22 день в лутцкой уезд в село в Огрызково литовские люди и ян горлинской да с ним ротмитсры микита да григореи да олександр обуевской, а с ним литовских людем и он их и пеших семсот человек и крестьян в огрызкове переимали, а детеи боярских, которым то село роздано в поместье Лариона да Ивана Извековых да Микиту Серерина, да Семена Монастырева преграбя из Огрызкова выбили и вперед в Огрызково вьезжат не велят, а то село Огрызково государевы отчины лутцкого уезда изстари и крествян того село огрызкова литовские люди свели с тобою на межское устье и держав их у себя отпустили, а приказали крестьяном, чтоб приходили к ним на межское устье, а на луки б не приходили»[291].

Сентябрь 1582 г., — Выдвинуты русскими принципы размежевания Велижской волости: «…государь наш велел Велижской своей волости и городу к Велижу поступитися на десят верст, а в другой поступие на дватцат верст, а вперед поступие на тритцат верст по реку по Межу по новой городок в королеву стороны к Велижу, а за реку за Межу Велижская волость к Торопцу, а за Двиною рекою Велижская волость к Лукам и к Торопцу. А будет и на та отнюдь уговорити невозможно, а безо всее волости Велижской делать не похотят и розовать захотят и по неволе по конечной и всее волости Велижской поступатися в Стефаноу в королеву стороны по Двину, а за Двиною бы что против Велижа города, то бы место к лукам и к торопцу, а толко и на то будет уговорити не возможно  послом и того места всее Велижской волости поступись в королеву сторону а не зделав не ездит прочь, а Смоленской уезд щучейская волость да порецкая волость по старым рубежом к Смоленску, а что витебской воевода задираетца через старые рубежи и в то бы витебской воевода вперед не вступался, а зделав и запис новую написав и привести королю на том к целованю, а поступитися Велижские волости по конечнои нужи, а уговаривать сколко мочно имеет по старому договору полскому и по перемирным грамотам» [292].

Сентябрь 1582 г., переговоры в Варшаве: —  «…И послы говорили с паны радами вступаютца государя вашего люди из Витебска и ис сурожина в государя нашего землю в Смоленскои уезд,  поретцкую волость и в щучеискую во многие места и многие задоры и недобрые леоа витебскои воевода Станислав тадца делает мимо перемирное грамоты и крестного целованя, да чли послы паном радам роспит, что по государеву грамоте дали послом в Смоленске воевода да дияки, а в росписи написано вступаютца литовские люди в Смоленскои уезд в поретцкую волость лес секут и золу жгут в кашивитком ухожее от рубежа от сурожского на пят верст и бортнои деревне секут и пчелы выдирают и селищъ в поретцкои волости розсматривают и землю Велижскому и к сурожскому уезду осваивают по реку по полодю по одной стороне каспли реки вверх на семдесят верст, а подругои стороне каспли реки от сурожика и от Витебска по каспльское озеро и по пристан и реке каспли на сто верст Смоленского уезда, а поперего от велижсково и от сурожского рубежа от реки от хилинои до реки дорокотвецкого верховя на семдесят верст …от Станислава миколаевича Патца воеводы витебсково старосты велижсково, державцы суражсково и розненского старатан целовал никомуъ и всем крестьяном села вырвачовсково, плаисково, вятшенского, аретовского в потечю старым и новым в лужку, в олотове, в коревичах о знаимую вам иже послы великие государя нашего Стефана короля полского и великого князя литовского застоновивщи иза присягнули и заграничили и границудо повету воеводства витебсково положили поченши от границ волости Велижские к замку сурадскому и волость микулинские прилучивши то есть по реку елшу елшою в красное через бордо рытомля  озера, а з рытомля речкою рытомлицею до половя, а с половя в касплю на другую сторону каспли рекою ветишею вы бы  ведаючи о том там до Смоленска через ты границы не ходили повинностеи и пошли никоторых не чинили… И паны рада говорили в Смоленскои уезд ни в которые волости государь наш вступатися не велит, а как были у государя у вашего государя нашего послы и в перемирную грамоту написали в Витебском уезде волость микулинскую в государя нашего стороны подавному обычаю и по границе и смоленскии воеводы и державца вступаютцы в землю в микулинские волости вдол верст на семдесят, а по перег верст на пятдесят и которые села и сеста написаны в грамоте витебсково воеводи и те будем места Витебского уезда микулинские волости, а государя вашего люди называют будет их Смоленским уездом  того надобе с обеих сторон оберегати»[293].

Январь 1583 г. — «…воевода Паца через перемирные наши грамоты и через крестное целоване тою волостью Велижскою владеет и силу всякую чинит и в потопетцкои уезд и в лутцкои присылает грабити грабити велит и убиват сее зимы в генваре месяце приезжали в торопетцкои уезд в островенскои десяток на белое озеро от ротмистра твоего от горлинского твои люди тименскои да грибовски со многими людми и переграбили на том озере наших крестьян рыбных ловцов михалка да трофима, а грабежу взяли семнатцат рублев деньег и неводы и плате с них пограбили и воевода наш торопетцкои о том о всем писал в Витепск чтоб воевода витепскои Падца город на межском устье розметали велел и людеи твоих из него вывел по твоему приказу и нашею волостью Велижю торопетцким уездом не владел и тот грабеж сыскав велел нашим людем отдати и вперед таких задоров чинити не велел и витепскои воевода Паца и посяместа того города, что на усть межи в нашеи земле в торопетцком уезде в Велиж в волости поставил не розметал и всею волостью Велижею торопетцкого цезда владеет и задоры с того городы нашим людеи чинят мимо перемирные наши с тобой  грамоты и через крестное целоване, а в литовскои уезд в село в Огрызково приезжали литовские люди из Витепска ян горлинскои да ротмитры микита да григореи да александръ буевский, а с ними литовских людеи семсот человек конных и пеших и крестьян тово села переимали и переграбили и воевода наш Михаило головин писал о том задоре и о грабеже в Витепск к воеводе витепскому к Патце, что б падца вперед таких задоров делати не велел, а грабеж сыскав нашим людем отдати велел и витепскои воевода Патца в том сыску не учинил и грабеж нашим людем и посяместа не отдал, а с Усвята князь Юрьи Ссоколинскои вступаетца в нашу землю в Невелской уезд в закомелскои десяток в сороч четвертеи через старои рубежи и крестьяном ис того закомелского десятка из соротчины велит приходити  на усвят, а на невль приходити не велит, а тот закомелскои десяток соротчина изстари наши земли Невелского уезда к лукам к великим а к усвяту николи не бывали и во многих местех люди твои за рубежи за старинные прелезши в наши земли вступаютца и убытки чинят»[294] .

Январь 1583 г. —  трудности эвакуации: «…и через крестное целоване послов наших и твоих посяместа в вифлянскои земле и по иным местом досталного наряду и запасов многих хлебных не отдано нашим людем и многих детеи боярских пограблено и иных убытки поделаны и послы наши князь дмитри елетцкои с товарыщи от нас тебе Стефану королю о том говорили, что б ты Стефан король по послов наших договору с твоими послы те дела велел исправити и из неметцких городов запасы злебные и досталнои наряд велел отдати // Л. 593 об. и в обидах и в убытках нашим людем с твоими людми велел сыск и управу учинити и тех запасов и наряду и посяместа из неметцких городов люди твои нашим людем не отдадут, а что в городех наших запасов не отдали»[295].

11 июля 1583 г. — велижскую проблему русская сторона предлагает решить съездом: «…в городы и в земли не вступатися и не воевати и городов и земель не заседати и новых городов не ставити до того перемирного сроку до десяти лет по нашим перемирным грамотам а о рубежех и о спорных землях по тем нашим перемирным грамотам слати было нам меж себя на обе стороны судеи а выслати было нам судеи на срок в 91 год мая в 1 день на рубеж к городу к Велижу и сыскав было старожилцы вправду с обе стороны обоим судям рубеж учинити Торопецким землям с Витебскою землею и з городом с Велижем как было изстари по старым рубежом Витебскои земле с Торопецкою землею»[296]. Не вышло: «…а про тот город которои поставил витебскои воевода Паца в нашеи земле в Торопецком уезде в Велижскои волости на усть межи реки сказати велел еси перед собою нашим послом писарю своему Михаилу Гарабурде у крестного целованя что тот город сметати велел еси месяца генваря в 1 день да и в своеи грамоте к нам писал еси с нашим гончим с лукяном хрущовым что тот город велел еси сметити на тот срок генваря в 1 день и тот город на тот срок не сметан да и посяместа стоит не розметан и многие задоры и шкоды нашим людем ис того города чинят и Велижскую волостью владеют и в Торопецкои и в лутцкои уезд в остовенскои десяток на Белое озеро от ротмистра твоего от Голинсково твои люди приезжали тюменской да грибовскои со многими людми маия в 12 день и переграбили на том озере наших крестьян рыбных ловцов Михаилка да тровимка и неводы и плате с них пограбили а с усвята князь юрьи соколинскои вступаетца в нашу землю в Невелской уезд в закомелскои десяток в соротчину через старои руюеж и крестьяном того закомелского десятка вилит приходити на усвят а на невль приходити не велит, а тот закоменскои десяток соровчина изстари наша земля Невелского уезда к лукам к великим да и во многих местех люди твои за рубежи за старинные перелезшив наши земли вступаютца и убытки чинят и мы для рубежеи по перемирным грамотам судеи своих на сьезд на рубеж к городу к Велижу послали есмя дворенина и наместника мещенского князя василя Ивановича Ростовского с товарыщы против твоих Стефановых королевых людеи князя юря соколинсково да Ивана богушева к тому сроку мая к 1му числу и судя наш князь василеи ростовской по нашему наказу на сьезде против твоих Стефановых  королевых судеи на рубеж к городу к Велижу шол и в дорогу за немоч и о том ис торопца воевода наш семен федорович сабуров в витебсъ к Станиславу Паце и к судям твоим ко князю юрью соколинскому и к Ивану богушеву писал, что князь василеи ростовскои вдороге занемог а будет часа того а ко часъ будет в Торопец и они о том обослався твоими судями и поидут на сьезд для рубежеи и после того маия в 10 день писал к нашему воеводе к Торопецкому к Семену Федоровичю Сабурову воевода твой витебской Станислав Паца что суди твои подкомореи витебскои а староста озерищскои и усвятцкой князь юрьи павлович друтцкой соколинской и судя земскои витебскои пан Иван боушевич щолкавы ехали на урочищена перемеже месяца маия в 1 день и судеи наших на том месте ждут а то место перемеже где твои ослы приехали в нашеи отчине в Торопецком уезде в Велижской волости города от Велижа восмьдесят верст а от торопца шестьдисят верст и твои суди приехали а вашу отчину в Торопецкую в Велижскую волость не  по перемирным нашим грамотам на чом мы меж себя крест целовали а в перемирных наших грамотах то именно написано, что сьехатис нашим судям на рубеже у города Велижа а не в том месте  в которое место твои суди выезживали о том вы смотря в нашеи и в своеи перемирнои грамоте уведает и после того в борзе суди наши князь василеи постовскои с товарыщи пришед в Торопец писали к твоим судям ко князю юрью соколинскому да к Ивану богушеву а к витебскому воеводе к Станиславу Паце писал воевола наш Торопецкои семен сабуров что суди наши князь василеи Иванович ростовской с товарыщи в Торопец пришли а из торопца идут на рубеж к городу к Велижу по перемирным грамотам как в перемирных грамотах написано а на то место на реке Меже в нашу отчину в Торопецком уезде в Велижскую волость в которое место тови суди выезжали мимо перемирных грамоты нашим судьям идти было не пригоже и твои бы суди шли на рубеж по нашим перемирным грамотам к городу к Велижу а не на то место на перемеже где твои суди выезжали мимо перемирные грамоты а город что на межском устье поставлен велели б разорити и литовских людеи из него велели вывести о твоему Стефанову королеву приказу что ты Стефан король именно о том к нам риказывал с нашими послы и в своей грамоте о том писал что тот город сметат еси велел и гонцы наших судеи князя василья Ивановича ростовского с товарыщи и воеводы нашего торопецкого семена федоровичп сабурова которых они посылали к Станиславу Паце и к твоим людям от себя з грамотами приехав им сказывали что твои суди к городу к Велижу по перемирным грамотам не едут и наши суди после того писали от себя и не одиново к витебскому воеводе к Станиславу Паце и к писарю твоему к Михаилу Гарабурде и к судям твоим что они по перемирным нашим грамотам не делают на чем мы меж себя с тобою Стефаном королем крест целовали а наши было судям мимо наши перемирные грамоты в нашу ж землю в Торопецкои уезд на перемеже как ехат не по перемирным нашим грамотам а суди наши князь василеи Иванович ростовскои с товарыши шли на рубеж к городу к Велижу по перемирным грамотам а шли мимо того города, что поставлен в нашеи земле на межском устье и посылали наши судьт к городу наших детей боярских а велели им уряднику того города говорити что Паца и суди то делают через перемирные наши грамоты с тобою и через крестное целоване что того города и посяместа сметати не велели и Пацын урядник слотовской нашим детем боярским отказал что деи тот город Пацын а не твои королевской и сидят они от Пацы а по наших людех учели стреляти из пищалеи как пришли наши суди от города от Велижа за три версты на речку на базну против перевозу где было им перелещши двина идти на рубеж к городу и учели  плоты делат на чем им через Двину возитца и тут против перевозу стали твои люди  коные и пешие с пищалми многие да учели по них стреляти и с пищалеи и через Двину  им возитися не дали и по перемирным грамотам наших судеи к городу к Велижу на рубеж не пустили а отказали им Пацыны люди павел верховскои да степан воитхимич чтоб наши судьи из Велижские волости ехали вон не мешкая а твоим судям Паца к нашим судям ныне ехати не велел а учнут наши суди в волости в Велижскои мешкати и Паца им велел с нашими людми битися и наши суди к Паце и к твоим судям от себя писали много жды чтоб суди твои по перемирным грамjтам на рубеж к городу к Велижу выехали и дела ними делали сстояв наши суди у двины три дни поехали к торопце а тех гонцов которые от суди ездили в Витебск к воеводе к Паце держали за сторожи и обесчестя из Витебска выслали мимо прежние обычаи и вперед ездити не велели а отказал им что Патца поехал к тебе к Стефану королю а сьезду твоим судям с нашими судями не будет докуды воевода твои Паца от тебя приедет а с усвята наших судеи гонецъ тимофеи шестаков которого они посылали к твоим судям з грамотою о сьезде приехав им сказывал что князь юрья с литовскими людми и взяли у него нашего человека лученина серогомихина а ездил с ним в провожане и посадили его в тюрму да и по ся места его держат а тово гонца судеи наших тимофея хотели бити а говорили ему будто они ездят от наших судеи лазучит а держав того гонца отпустили к нашим судям а приказал к нашим судям что им на границу не ездивати а учнут вперед суди наши к нему ко князю юрю своих гонцов посылати и ему тех их гонцов бити и высылати ограбя а наши суди на рубеж к городу к Велижу ехали по перемирным грамотам и гонцов своих с том деле к твоим людем посылали для сьезду а не для лазученья твоим обычаем лазучит не посылають а наших вожеи старожилцов торопетцких семи человек да трех человек лутцких которые были с нашими судми твои люди из городка что на межском устье стоит их перебили и переграбили лошади и запасы и плате с них поимали а на луки великие писал к нашему воеводе и наместнику ко князю богдан Василевичю тотарину из Витебска воевода Станислав Паца чтоб с лук великих наши люди в границу усвятцкую не вступалися а границу пишет от устья комли река где впалавлоо от рекуда тою комлю рекою вверх в мохзуенецъда в великую гряз да в каменную лаву по ордосно озеро да на остров липовои в реку ляцыницу да в озеро городное и то воевода твои Станислав Патца пишет вступаямя в нашу землю в лутцкои и в Невелскои уезд через старои рубеж та земля о коротои пишет за много лет вотчина наша лутцкого и Невелского уезда. А ныне писали к нам с Невля Левонтеи Волуев да Борис Лихорев что июня в 6 день приходили твои люди воиною из Озерищ целовек с шестьдесят в ночи в нашу землю в Невелскуи уезд в николскую волость наеменцоивы воевали пят деревень и взяли ис тех деревень крестьян десят человек и с вели в озерищо а животы их и хлеб все пограбили а называют тое нашу землю Невелского уезда своею к озерищам а июня в 7 день приходили твои ж люди с усвята человек с сорок в нашу землю в Невелскои уезд в часопскои стаи на комшу к борису и  глебу и вы воевали сем деревень крестьян в полон поимали а животы их  и хлебъ все пограбили и взяли в полон мужиков и жонок и робят дватцат человек и наши приказные люди с невля писали о том задоре в озерище и на Усвят к державцом чтоб того сыскати велели и через старои рубеж в нашу землю вступатися не велели и тех людеи нашх Невелского уезда которых поимали отпустити велели и грабеж их сыскав отдати велели и из озериша и сусвята о том на невль ничего не отписали а гонцу наших приказных людеи озерищскои державеъ Станислав боринской отказал что им тою землею приказали владети твои суди князь юрьи соколинскои да Иван богушев а твои суди с нашими судями по перемрным нашим грамотам на рубежъ у города у Велижа и не сьехалис и в тех местех с нашими судями и не бывали а толкими землями многими нашими хотят владети через старые рубежи. А с Лук Великих писал к нам воевода наш князь Богдан Тотарин что июня в 6 день приходили с Усвята литовские люди ромашко серебреник да парфен кокозица с товарыщи в нашу землю в лутцкои уезд в плавецкую волость в рогост в маковища да тое волости крестян демидка кошутина да першу василева да тишку облеза и з женами  и з детми и со всеми ихживоты свели на усвят а с Велижа твои люди слотовснои с товарыщи приходили в нашу землю в лутцкои уезд в село в Огрызково и помещиковых людеи лаврентьева человека извекова климка да микитина человека секирина порываика ограбя из огрыскова выслали а в огрызскове вы грабили дву крестьянинов гришку ульянова да ширяика федорова и животы их все переимали и воевода наш с лук великих князь богдан тотарин о том задоре на Велиж и на усвят писал чтобы твои люди через страрои рубеж в лутцкои и в Невелскои уезд не вступалися и воиною не ходили через крестное целованье и с Велижа и с усвята на луки к воеводе нашему о том не отписывали а словем гонцу воеводы нашео отказали что они владет хотят теми месты что им князь юрьи соколинскои наказал владети теми землями а та земля лутцкого уезда издавна за много лет и ты б Стефан король вразумев нашу грамоту розсудил пригожее ли такие дело воевода твои Станислав Патца и Михаило Гарабурда и твои суди князь юрьи соколинскои и Иван богушев так делают не хотя меж нас доброго дела видети а вставливают непригожие дело будто наши суди на срок не оспели и они потому к нашим судьям и не едут на съезд а толи им и земля нашими хотят завладети а твои суди на рубеже по перемирным грамотам на чом есми кресть целовали у города у Велижа и не бывали а приезжали на перемеже в нашеи отчине в торопетцком уезде мимо наши перемирные грмоты а наши суди были на рубеже у города у Велижа по перемирным грамотам и с твоими судями обсылалися многих ды что они шли на рубеж к городу к Велижу и рубежеи прямух старожилцы сыскали и твои суди с нашими судями по перемирным грамотам на рубеже у города у Велижа не сьехались и дела никоторого не делали а наши суди с рубежа от города от Велижа  отехали обезчестены твои люди з города, что на межскои устье и наперевозе, что у города у Велижа по них стреляли из норяду и наших людеи которые при них были вожеи и всяких людеи били и секли и грабили»[297].

Было решено провести сепаратные переговоры с Пацем, без центральных властей.

1584 г. — Русские претензии: Воевода Станислав Пац и Юрий Соколинский «…вступаютца в государя нашего землю в Торопецкои и в Лутцкои и в Невельскои уезд через старые рубежи во многие места и государя нашего волостью Велижскою Торопетцким уездом владеют через перемирные грамоты»[298]. Город на устье Межи велели разрушить к 1 января 1584 г., но он в течении года не был разрушен. «…и многие задоры и шкоты государю нашего людем после того и мосяместа чинит и велижскою волостью владеет и в торопецкои и в лутцкои уезд в островенскои десяток на белое озеро от ротмистра от Горлинского приезжали Тименскои да Грибовскои со многими людми в 91 году маия в 12 ден и переграбили на том озере государя нашего крестьян рыбных ловцов Михаилка да Митрофанка и неводы и плате с них поглабили, а с Усвята княз Юрьи Соколинскои вступаетца в государя нашего землю в Невелскои уезд в соротчину через старои рубеж и крестьяном из соротчины велел приходити на Усвят, а на Невель приходит не велит соротчина изстари государя нашего земля невелского уезда и во многих местех Стефана короля люди за рубежи за старинные перелезши в государя нашего земли вступаютца в Торопетцкои и в невелскои и в Луцкои уезд тому всему государь наш велел брату своего великого государя Стефана короля тебе после чертеж показати по которым местом бурежи старинные были и что черех те старые рубежи вступаюца в государеву землю то все явно будет тебе, а для рубежеи отец государя нашего царь и великий княз Иван Василевич всеа Русии по перемирным грамотам посылал на съезд судеи своих на рубеж к городу к Велижу дворянина и намесника Мещерского князя Василя Ивановича Ростовского с товарыщи против Стефановых королевых судий князя Юрья Соколинского да Ивана Богушева к тому сроку маия к 1му числу как в перемирных грамотах описано»[299]. Съезд был сорван (литовские судьи не приехали). Подъехавший к городу отряд детей боярских был обстрелян из пищалей. Литовцы говорят, что город – «Пацын», а не королевский, поэтому королевские договоренности Ям-Заполья на него не распространяются. При этом Пац уехал к королю за консультациями. Ю. Соколинский арестовал гонца из Великих Лук Серого Минина  посадил в тюрьму по обвинению в «лазучнестве», его пришлось выкупать за 12 рублей. Литовцы обстреляли приехавших с русской стороны старожильцев и ограбили их[300]. «…приходили Стефановы королевы люди воинои из Озерищ человек с шестьдесят в ночи в государеву землю в Невелскои уезд в Николскую волость на еменьцо и вывоевали пят деревень, а взяли ис тех деревень крестьян десят человек и свели в Озерища, а животы все и хлеб пограбили, а называют тое государевы землю Невелского уезда своею к Озерищам да приходили Стефановы королевы люди с Усвята человек с сорок в государеву землю в Невелскои уезд в чаковскои стан на комшу к Борису и Глебу и воевоали семь деревень крестьян в полон поимали, а животы и хлеб вес пограбили, а взяли в полон мужиков и жонок и робят дватцат человек»[301]. «…да с Усвята та же приходили литовские люди Ромашко Серебряник да Парфенко Казица с товарыщи в государя нашего землю в Лутцкои уезд в младецкую волость в погост в Маковища да тое волости хрестьян Демидка Кошутина, да Первушу Василева да Тишку Облеза и з женами и з детми и со всеми их животы свели на Усвят, а с Велижа Стефана короля люди Слотовской с товарыщи приходили в государя нашего землю в Луцкои уезд в село в Оргызково и помезиковых людей Лаврентьева человека из ведваклимка да микитина человека секирица порывайка ограбя из огрискова выслали, а в Огрызкове выграбили дву крестьянинов Грушу Улянова, да Ширяика Федорова и животы их все поимали»[302].

1584 г. — «Писал ко государю нашему ис Черникова воевода княз Иван Долгорукой многих да что из остоя и из Любета литовские люди вступаются в его государеву землю в Черниговскои уезд и Черниговскую землею владеют перелезши за рубеж за реку за Десну по реке по удое по обе стороны у дой реки вверх многими землями до Белевежи городища да загоровскою волостью вверх остря до Епсуровской волости от чорнои дубровы до речки до Кропевны давно в Оселитцкои волости вступаютца отпесих хворостов до речки до Остри поселищепокошелев да в новоселитцкои волости от черные дубровы до речк до Остря и до городица домрина давновоселитцои волости от селица Клепал по речку по Малахду да рекою Десною вверх по правои стороне поборе покаместа литовская земля на реке на Десне вверх Морови и Слободатцкои волости от боруткука озера от Дубового от перевеся Моровского владеют литовские люди бортными ухожеи и рыбными ловами и бобровыми гоны и всякими угоди по устье речки Смоленки да по сеи стороне десны реки вниз по Десне реке  владеют на реке на Десне на городцкои стороне где поплехово городище да Черниговским уездом что шел рубеж черниговскои земли з городом с Любечеи к Лебединову болоту, а от лебединова болота до речки до Рудки и от речки от Рудки до Казарского Лугу и до куминой лозы и до сухого виру посмятцои лес многими месты в длину на сто верст, а по перего от кораблища болота на дватцат верст владеют Любячене до Лоевы горы владеют литовские люди от сухово виру по рубежу по речке по Смяте и селищем Блохачовым и иными многими селища и государя нашего людеи Черниговцов из Остри и из Лубеча и из Лоевы горы литовские люди гратя и бьют и того государя нашего землею владеют и по ся места»[303].

Февраль 1585 г . — писали к нам из наших украинных городов многие задоры что с с твоеи брата нашего стороны по многим местом по украинным приходя через рубежи в наши земли твои люди многие задоры бои и грабежи и убытки без пристани нашим людем чинят и во многих местех наши земли искони/585 об/ вечные осваивают из Остря и  из Любеча и из Лоевы горы твои брата нашего люди вступаютца в нашу землю в Черниговскои уезд через старые рубдеи во многие места и людеи наших бьют и грабят и досмерти убивают и бортными ухожа и владеют в нашеи земле, а из Юрьева Ливонсково встпаютца в нашу землю во псковскои уезд проходили из Юрьева пан Станислав Ловкнитцкии, а с ним сорок человек конных да шездесят пеших в нашу землю в псковскои уезд выграть ево поместье Татищева в деревню в  Ыбовку бы жгли, а в неи дватцать один двор/586/ сожгли со всем крестьянским животом, а инои живот пограбили и людеи переграбили, а иных побили, а называют тое деревню выбовку Юрьевского уезду, а та деревня изстари псковского уезду, а к Юрьеву николи не бывала, а из Витепску и из Сурожа и в Велижа люди твои вступаютца черех старые рубежи в нашу землю в Торопецкои и Луцкои уезд во многие места, а с Усвята и с Озерищ люди твои вступаютца в нашу землю в Лутцкои и в Невелскои уезд во многие ж места и людеи наших бьют и грабят и задоры многие чинят и воеводы наши и приказные люди о тех о всех задорех пишут в городы к твоим воеводам и к державцам /586 об/ чтоб они твоих брата нашего людеи от такова задору унят велели и в нашу землю через старые рубежи вступатися не велели, а грабежи б сыскав отдати велели и ис тех городов воеводы и державцы твоих людеи от такова задору не унимают и посяместа нашею землею владеют и нашим людем убытки чинят многие да о тех о всех задорех наказали есмя к тебе брыату нашему с послы своими з боярином и наместником коломенским со князем Федором Михаиловичем Троекуовым с товарыщи,а ныне после того, как отпустили есмя к тебе брату нашему послов своих писал к нам из Чернигва намесник наш /587/Федор Ондреевич Писемскои что приходили литовские люди из Астря воинским обычаем в Черниговскои уезд в бортные ужохеи в загоровно и убили досмерти нашего сына боярсково Ортемя Махаева да дву человек посадцких людеи бортников Фетка Жаделова да Януша Самоилова, а животы их и лошади и платье пограбили и в бортные ухожеи черниговского уезда вступаютца, а из Новагородка Северского писал к нам воевода наш и наместник Федор Михаилович Ласкирев, что приходили из Остря литовские люди воиною в Новгородцкои уезд в Бортные Ухожаи на реку на семь и деревни повоевали и людеи по/587 об/ бивали и животы их пограбили, а в полон взяли крестьян семнатцат человек Фролка Чемигова с товарыщи и сведши их за рубеж и держав у себя отпустили переграбя до ногада в тож время в тех деревнях те литовские люди побили твоих литовских торговых людеи Омеляна Туркова, да Омеляна Офремова и товары их поимали, а те торговые твои люди и литовские шли из нашего города ис Путивля торговав в литовскую землю в Любеч и о то воеводы наши их Чернигова и из Новагородка Северского писали в Острь к державцу к Гурыну Пожаровскому, чтоб он того сыскати велел тех людеи /588/которые такие задоры делают сыскав казнити велел, а грабленое сыскав отдати велел и Остринскои державец того не сыскал и управы не учинил да в Ноугородцкои же уезде северсково приходили на рубежные деревни воиною твои брата нашего люди атаман Орел с черкасы да Олеша Несен княз Михаилов и ужебник вишневетцкого да из Остря города Иван Беликов, а с ними литовских людеи Острян и черкас с четыреста человек и новагородка северского уезда деревню Оболонье да деревню Рыботина и иные деревни порубежные воевали крестьян побили и переграбили, а животы их все поимали, а в Путивльскои /588 об/уезд в волость Усенетцкую да в Клопетцкую приходили в Бортные ухожаи тот же олешанесен с черкасы и в бортных ухожаях бортников наших побили и переграбили и мед наш оброчнои у них поимали многои, а изо Пскова писал к нам воевоад наш княз Данило Ондреевич Нохтев суздалскои что из Новагородка Ливонсково державец Матвеи Ленин вступаетца в нашу землю во псковскои уезд Печерсково монастыря в деревню в Заяем и в мельницу и крестьян переграбили и дворы и мелницу ис тое деревни свезли и в ыные деревни в Печерские вступаютца крестьян бьют /589/ и животы их грабят и иные многие задоры чинят, а из Юрьева приходя к деревне к Выбовке к Игнатьеву поместью татищева и в ыные деревни Псковского уезда около Выбовки деревни грабят и людеи убивают и ты б брат наш Стефан того сыскат велел какие задоры нашим людем чинят твои брата нашего люди, а мы как преж сево есмя о том заказ свои крепкои учинили так и ныне во всех местех воеводам своим и наместником заказ учинили чтоб они через старые рубежи в твою брата нашего землю нигде ни чем не вступалися и задоров никаких людем твоим чинити не велели и жили бы с твоими людми в покое»[304].

Добавление по последнему эпизоду: «писали ко государю царю и великому князю изо Пскова воеводы княз Данило Ондреевич нохтев/777/с товарыщи что приезжали во Псковской уезд в Ыгнатьево поместье Петровича Татищева в деревню в Выбовку из Юрьева Ливонсково пан Станислав Локнитцкои, а с ним сорок человек конных да щездесят человек пеших и тое деревню Выбовку, а в неи дватцат один двор сожгли со всем христьянским животом, а инои живот пограбили, а называют тое деревню Юрьевского уезда, а та деревня исстари псковского уезда и в писцовых книгах в старых и в новых написано во Псковском уезде, а к юрьеву николи не бывала и Юрьевскои державец такие задоры делает воинским обычаем деревни жгут/777 об/и крестьян грабят, а государевы люди против того ничего не делают и в Юрьевскои уезд не вступаютца»[305]


[1] СИРИО. Т. 35. № 1. С. 49-50.

[2] СИРИО. Т. 35. № 1-7. С. 16-17, ср. С. 49-50, 55 – перечисление конфликтов.

[3] О статусе Торопца в конце XV в. см.: 1497, 20 марта. Уставная грамота великого князя Александра Казимировича торопецким наместникам // АЗР. Т. 1. № 146. С. 171-172.

[4] СИРИО. Т. 35. № 19-21. С. 55

[5] СИРИО. Т. 35. С. 35-38.

[6] СИРИО. Т. 35. С. 54-55.

[7] СИРИО. Т. 35. С. 63.

[8] СИРИО. Т. 35. С. 63-64.

[9] СИРИО. Т. 35. С. 66-68. Ответные «обидные списки» со стороны ВКЛ о нападениях в том же году см.: СИРИО. Т. 35. С. 74, в том числе дело князей Крошинских о захвате их владений.

[10] СИРИО. Т. 35. С. 58, 60.

[11] СИРИО. Т. 35. С. 88.

[12] СИРИО. Т. 35. С. 73, 267-268.

[13] РК 1475-1598 гг. М., 1966. С. 21-22.

[14] СИРИО. Т. 35. С. 106-107.

[15] РК 1475-1598 гг. С. 22-23.

[16] СИРИО. Т. 35. С. 147.

[17] СИРИО. Т. 35. С. 195.

[18] СИРИО. Т. 35. С. 217.

[19] СИРИО. Т. 35. С. 230.

[20] СИРИО. Т. 35. С. 232.

[21] СИРИО. Т. 35. С. 236, 262.

[22] СИРИО. Т. 35. С. 268.

[23] АЗР. Т. 1. № 157. С. 178.

[24] РК 1475-1598 гг. С. 29-30.

[25] РК 1475-1598 гг. С. 34-35.

[26] СИРИО. Т. 35. С. 430, подробности: С. 431

[27] РК 1475-1598 гг. С. 35-36.

[28] СИРИО. Т. 35. С. 447-448

[29] СИРИО. Т. 35. С. 468. Список мест, подвергшихся нападениям ― С. 469.

[30] СИРИО. Т. 35. С. 478.

[31] СИРИО. Т. 35. С. 479-480, 483.

[32] АЗР. Т.II. СПб., 1848. №16. С.17; СИРИО. Т. 35. С.483.

[33] Lietuvos Metrika (1506-1539) Kn. 7. Užrašymų knyga 7 / Parengė Inga Ilarienė, Laimontas Karalius, Darius Antanavičius. Vilnius, 2011. С.52

[34] Хербст С. Маскоўская вайна 1507—1508 // ARCHE. №12 (133). 2014. С.247

[35] РК 1475-1598 гг. С. 38-39.

[36] Хербст ч.248; AT. T.I. P.15.

[37] РК 1475-1598 гг. С. 40-41.

[38] РК 1475-1598 гг. С. 43.

[39] СИРИО. Т. 35. С. 488.

[40] Stryjkowski M. Kronika Polska, Litewska, Żmódzka i wszystkiej Rusi. Warszawa, 1846. T. 2.  S. 346.

[41] Воскресенская летопись датирует «отпуск» рати 30 апреля (ПСРЛ. Т.VIII. С.249), однако по разрядным данным выступление произошло в мае.

[42] Русский временник 2. С.217-218, АЗР. Т.2. С. 22-23. №20.

[43] АЗР. Т.II. №37. С. 44.

[44] AT. T. I. Nr I. P.22.

[45] СИРИО. Т.35. №84. С.485.

[46] СИРИО. Т. 35. С. 492.

[47] СИРИО. Т. 35. С. 493.

[48] СИРИО. Т. 35. С. 497. Захваченные села перечислены: С. 498.

[49] РК 1475-1598 гг.  С. 47-48; РК 1475-1605 гг.  Том I. Часть I. М.,  1977.  С. 124-125.

[50] Иоасафовская летопись. М, 1957. С.192-193; ПСРЛ.Т.4. Ч.1. С.538.

[51] Псковские летописи. М., 1955. Вып. 2. С.259.

[52] ПСРЛ. Т. 6. С.253.

[53] Разрядная книга 1475-1605 гг.  Том I. Часть I.С.133-135

[54] ПСРЛ, Т.37. С.100.

[55] Sigismundus, Rex – Joanni, Epo. Culmensi // AT. T.II. №CCCXLVI. P. 255 (письмо от 8 октября)

[56] РК 1475–1605 гг. М., 1977. Т. 1. Ч. 1. С. 142.

[57] Там же. С.139

[58] Там же.

[59] Разрядная книга 1475-1598 гг. С.55; AT. T. III. № LXXXI. Р.71

[60] АТ. Т.III. P.150. №CCX

[61] Радзивилловские акты из собрания РНБ: первая половина XVI в. / Памятники истории Восточной Европы. Источники XV-XVII вв. Т.VI. / Сост. М.М.Кром. М., Варшава, 2002. С.26. №3.

[62] Хронологический комментарий // ПИВЕ. Т.VI. №3. С.207

[63] ПСРЛ. Л., 1982. Т. 37. С.101.

[64] Stryjkowski M. Kronika Polska, Litewska, Żmódzka i wszystkiej Rusi. Warszawa, 1846. T. 2.  S.379; ПСРЛ. СПб., 1907. Т.17. С.347. Ср.: Там же. С.403-404.

[65]AT. T.III. P.4-6.

[66] ПСРЛ. Т.32. С.106-107. 

[67] ПСРЛ. Т.37. Л., 1982. С.102

[68] Псковские летописи. Вып. 1. С. 98; Вып. 2. С.260.

[69] AT. T.III. P. 381. № DXVII

[70] РК 1475-1605 гг.  Том I. Часть I. М., 1977. С.146.

[71] Там же. С.146.

[72] РК 1475-1598 гг. С. 59-60.

[73] РК 1475-1605 гг.  Том I. Часть I. С.158

[74]  ПСРЛ. Т.4. Ч.4. С.291.

[75] AT. T.IV. №CCLXVI. P.205

[76] ПСРЛ. Т. 6. С.260.

[77] Chronicorum Bernardi Vapovii partem posteriorem 1480-1535 // Scriptores rerum Polonicarum. T. 2. Cracoviae, 1874. P.156.

[78] Lietuvos Metrika (1506-1539) Kn. 7. С. 730-732.

[79] СИРИО. Т.95. С.535. №31.

[80] «А стояли государевы воеводы в Красном» (Разрядная книга 1475-1605 гг.  Том I. Часть I. М.,1977. С.164).

[81] СИРИО. Т. 53. №13. С.142-143; См. также ПСРЛ. Т.6. С. 263.

[82] ПСРЛ. Т.8. С.268.

[83] РК 1475-1598. С.63.

[84] РК 1475-1598. С. 63.

[85] В Пространной разрядной киге ошибочно указан 7027 (1519) год. См.: Разрядная книга 1475-1605 гг.  Т. I. Ч. I. С. 161-162. В другом разряде указано два похода на Витебск: 1520 под началом А. Б. Горбатого и 1521 г. под командованием В. Д. Годунова (РК 1475-1598. С. 64-65); Кром М.М. Меж Русью и Литвой. С.223. Прим.172.

[86] СИРИО. Т.53. С.203.

[87] РК 1475-1598. С. 64-65.

[88] СИРИО. Т. 35. С. 570.

[89] СИРИО. Т. 35. С. 574.

[90] РК 1475-1598. С. 67-68.

[91] СИРИО. Т. 35. С. 621.

[92] СИРИО. Т. 35. С. 622.

[93] СИРИО. Т.35. №93. С.630.

[94] СИРИО. Т. 35. С. 658.

[95] СИРИО. Т. 35. С. 675, 676.

[96] СИРИО. Т. 35. С. 677.

[97] СИРИО. Т. 35. С. 679-680.

[98] СИРИО. Т. 35. С. 681-682.

[99] СИРИО. Т. 35. С. 684.

[100] СИРИО. Т. 35. С. 686.

[101] СИРИО. Т. 35. С. 693-694, 697.

[102] СИРИО. Т. 35. С. 698, 700-701.

[103] СИРИО. Т. 35. С. 706-707, 716-717.

[104] СИРИО. Т. 35. С. 728.

[105] СИРИО. Т. 35. С. 708-709.

[106] СИРИО. Т. 35. С. 763. Ответные претензии русской стороны о нападениях ВКЛ – подробности см.: С. 767.

[107] СИРИО. Т. 35. С. 771.

[108] СИРИО. Т. 35. С. 773, 778.

[109] РК 1475-1598. С. 72.

[110] СИРИО. Т. 35. С. 789.

[111] РК 1475-1598. С. 74.

[112] СИРИО. Т. 35. С. 797-798.

[113] СИРИО. Т. 35. С. 825.

[114] СИРИО. Т. 35. С. 832. Перечисление пострадавших сел – С. 838.

[115] СИРИО. Т. 35. С. 843.

[116] СИРИО. Т. 35. С. 859, 860.

[117] СИРИО. Т. 35. С. 861-863.

[118] РК 1475-1598. С. 84-85.

[119] Кром М.М. Стародубская война. С. 37-38 РА. № 43. С. 109.

[120] Радзивилловские акты из собрания РНБ: первая половина XVI в. № 43. С. 110

[121] Кром М.М. Стародубская во   йна. С.41

[122] ПСРЛ. Т. 35. С. 236.

[123] ПСРЛ. Т. 13. С. 86.

[124] ПСРЛ. Т. 8. С. 287; Т. 13. С. 87; Кром М.М. С.46.

[125] Радзивилловские акты из собрания РНБ: первая половина XVI в. № 49. С. 124.

[126] РК 1475-1598. С. 86.

[127] ПСРЛ. Т. 8. С. 288; Т. 13. С. 88

[128] РК 1605. Т. 1.С. 251–252; РК 1475-1598. С. 86-87.

[129] ПСРЛ. Т. 8. С. 288. Кром М.М. С. 57.

[130] Кром М.М. Стародубская война. С.60

[131] РК 1475-1598. С. 88.

[132] ПСРЛ. Т. 13. С. 95;

[133] Кром М.М. Стародубская война. С.68

[134] ПСРЛ. Т. 8. С. 291.

[135] ПСРЛ. Т. 13. С. 99

[136] ПСРЛ. Т. 35. С. 236. Кром М.М. С.80.

[137] СИРИО. Т. 59. С. 28-29.

[138] ПСРЛ. Т. 13. С. 108; ПЛ. Вып. 1. С. 108. Кром М.М. Стародубская войн. С.86.

[139] ПСРЛ. Т.13. С.110

[140] РК 1475-1598. С. 90-91.

[141] РК 1475-1598. С. 90-91.

[142] ПСРЛ. Т.13. С.111.

[143] ПСРЛ. Т.13. С.110: ПСРЛ. Т. 29. С. 25–26.

[144] Кром. М.М. Стародубская война. С.89-90

[145] СИРИО. Т. 59. С. 68.

[146] СИРИО. Т. 59. С. 138.

[147] СИРИО. Т.59. С. 82–101.

[148] СИРИО. Т. 59. С. 207.

[149] СИРИО. Т. 59. С. 216, 218-219.

[150] СИРИО. Т. 59. С. 221. Подробные описания нападений, с именами и описанием ущерба ― С. 223-224. Ответные жалобы литовской стороны ― С. 229-230.

[151] СИРИО. Т. 59. С. 238.

[152] СИРИО. Т. 59. С. 261-262.

[153] РК 1475-1598. С. 112.

[154] РК 1475-1598. С. 119-120.

[155] СИРИО. Т. 59. С. 336.

[156] СИРИО. Т. 59. С. 341-342.

[157] СИРИО. Т. 59. С. 345-348.

[158] РК 1475-1598. С. 131.

[159] РК 1475-1598. С. 134.

[160] СИРИО. Т. 59. С. 357.

[161] РК 1475-1598. С. 139-140.

[162] СИРИО. Т. 59. С. 439.

[163] РК 1475-1598. С. 147.

[164] РК 1475-1598. С. 152-153.

[165] СИРИО. Т. 59. С. 536-537; описание см.: Tiberg E. Zur Vorgenschichte des Livländischen Krieges. S.124-131.

[166] РК 1475-1598. С. 161-162.

[167] РК 1475-1598. С. 165-166.

[168] ПСРЛ. Т. 13. С. 288-290; Рюссов Б. Ливонская хроника-II. С.358-359; РК 1475-1498. С. 170-171.

[169] РК 1475-1498. С. 173.

[170] ПСРЛ. Т. 13. С. 291-292.

[171] ПСРЛ. Т. 13. С. 292-294.

[172] РК 1475-1598. С. 170.

[173] РК 1475-1598. С. 174.

[174] ПСРЛ. Т. 13. С. 297-300. По Своду Корнилия, Сыренск и Адеж взяты в мае 1558 г. ― ПСРЛ. Т. 5. Ч. 2 С. 236.

[175] Рюссов Б. Ливонская хроника-II. С. 365, 369.

[176] СИРИО. Т. 59. С. 596.

[177] РК 1475-1598. С. 174-175.

[178] Рюссов Б. Ливонская хроника-II. С. 379.

[179] СИРИО. Т. 59. С. 598.

[180] СИРИО. Т. 59. С. 596; СИРИО. Т. 71. С. 55.

[181] ПСРЛ. Т. 13. С. 315-316.

[182] РК 1475-1598. С. 180.

[183] СИРИО. Т. 59. С. 581, 583.

[184] СИРИО. Т. 59 С. 596.

[185] ПСРЛ. Т. 13. С. 320-321.

[186] РК 1475-1598. С. 188-189.

[187] СИРИО. Т. 59. С. 598.

[188] РК 1475-1598. С. 193.

[189] РК 1475-1598. С. 196-197.

[190] СИРИО. Т. 71. С. 51.

[191] ПСРЛ. Т. 13 С. 340.

[192] ПСРЛ. Т. 13. С. 341.

[193] РК 1475-1598. С. 198.

[194] РГАДА, ф.53, оп.1, д.1, л.74, ПСРЛ. Т. 13. С. 341.

[195] ПСРЛ. Т. 5. Ч. 2. С. 242.

[196] РГАДА, ф.53, оп.1, д.1, л.155 об.

[197] ПСРЛ. Т. 13. С. 343; РГАДА, ф.53, оп.1, д.1, л.175.

[198] ПСРЛ. Т. 5. Ч. 2. С. 243.

[199] РГАДА, ф.53, оп.1, д.1, л.340 – 340 об.

[200] ПСРЛ. Т. 5. Ч. 2. С. 243.

[201] СИРИО. Т. 71. С. 107.

[202] ПСРЛ. Т. 13. С. 347;  РК 1475-1598. С. 198-199.

[203] ПСРЛ. Т. 13. С. 348-349.

[204] РК 1475-1598. С. 201.

[205] РК 1475-1598. С. 201-202.

[206] СИРИО. Т. 71. С. 146.

[207] СИРИО. Т. 71. С. 152, 159, 254; КПМ-I. № 156. С.234.

[208] СИРИО. Т. 71. С. 160-161, 180-181, 255-256; КПМ-I. № 157. С.235-236.

[209] СИРИО. Т. 71. С. 186.

[210] СИРИО. Т. 71. С. 255.

[211] РК 1475-1598. С. 203-204.

[212] СИРИО. Т. 71. С. 277.

[213] РК 1475-1598. С. 205-206.

[214] ПСРЛ. Т.V. Вып.2. С.245.

[215] РГАДА, ф.123, оп.1, д.10, л.468 об. Наказ Ф.А. Писемского, содержащий эту информацию, датирован апрелем 1564 г., но в нем говорится, что в том походе под началом Семиона был П.И. Шуйский, и далее в очень смягченной форме рассказывается о его поражении. Поэтому эти боевые действия можно датировать январем 1564 г. Аналогичный перечень городов помещен в Наказе А.Н. Мясному, август 1564 г. ¾ РГАДА, ф.123, оп.1, д.11, л.113.

[216] РК 1475-1598. С. 205-206.

[217] ПСРЛ. Т.V. Вып.2. С.247.

[218] РК 15475-1598. С. 209-210.

[219] ПСРЛ. Т.V. Вып.2. С.246.

[220] ПСРЛ. Т.V. Вып.2. С.248.

[221] РК 1475-1598. С. 211.

[222] ПСРЛ. Т.V. Вып.2. С.246.

[223] РК 1475-1598. С. 212-213.

[224] ПСРЛ. Т.V. Вып.2. С.246; РГАДА, ф.123, оп.1, д.11, л.263.

[225] ПСРЛ. Т.V. Вып.2. С.247.

[226] ПСРЛ. Т.V. Вып.2. С.247.

[227] СИРИО. Т.71. С.320.

[228] СИРИО. Т.71. С.327.

[229] СИРИО. Т. 71 С. 320.

[230] СИРИО. Т. 71. С. 333.

[231] СИРИО. Т.71. С. 438-439, 441.

[232] СИРИО. Т.71. С. 445. Месяц здесь не указан, выставлен по контексту.

[233] РГАДА, ф.123, оп.1, д.12, л.341.

[234] СИРИО. Т. 71. С. 438, 441.

[235] СИРИО. Т. 71. С. 439.

[236] СИРИО. Т. 71. С. 445.

[237] РК 1475-1598. С. 213-214.

[238] РК 1475-1598. С. 214-215.

[239] РК 1475-1598. С. 217.

[240] РК 1475-1598. С. 220.

[241] СИРИО. Т. 71 С. 533.

[242] СИРИО. Т.71. С.522; РК 1475-1605. С. 222-223.

[243] СИРИО. Т.71. С.523, 554.

[244] РК 1475-1598. С. 221-222.

[245] РК 1475-1605. С. 238.

[246] СИРИО. Т. 71. С. 584-585; ПСРЛ. Т.V. Вып.2. С.261; РК 1475-1605. С. 241.

[247] РК 1475-1605. С. 242-243.

[248] СИРИО. Т.71. С.667.

[249] РК 1475-1605. С. 267.

[250] РК 1475-1605. С. 274-275.

[251] СИРИО. Т. 71. С. 668.

[252] РК 1475-1605. С. 301-302.

[253] РК 1475-1605. С. 317-318.

[254] РК 1475-1605. С. 371-372.

[255] РК 1475-1605. С. 377.

[256] РК 1475-1605. С. 396-398.

[257] РК 1475-1605. С. 430-431, 433.

[258] РК 1475-1605 г. Т. III. С. 39-41.

[259] РК 1475-1605 г. Т. III. С. 66-67.

[260]  РК 1475-1605 г. Т. III. С. 82.

[261] РК 1475-1605 г. Т. III. С. 87-88.

[262] РК 1475-1605 г. Т. III. С. 139-140.

[263] РК 1475-1605 г. Т. III. С. 141-144.

[264] РГАДА, ф. 79, оп.1, № 11, л. 290 об.

[265] РГАДА, ф. 79, оп.1, № 11, л. 347 об.

[266] РГАДА, ф. 79, оп.1, № 11, лл. 304-304 об.

[267] РК 1475-1605 г. Т. III. С. 146.

[268] РК 1475-1605 г. Т. III. С. 152-153.

[269] РГАДА, ф. 79, оп.1, № 12, л. 204.

[270] РГАДА, ф. 79, оп.1, № 12, л. 266-266 об.

[271] РГАДА, ф. 79, оп.1, № 13, л. 151-151 об.

[272] РГАДА, ф. 79, оп.1, № 13, л. 152-153.

[273] РГАДА, ф. 79, оп.1, № 13, л. 221 об., 254.

[274] РГАДА, ф. 79, оп.1, № 13, л. 440 об.

[275] РГАДА, ф. 79, оп.1, № 13, л. 207.

[276] РГАДА, ф. 79, оп.1, № 13, л. 207-207 об.

[277] РГАДА, ф. 79, оп.1, № 14, л. 168 об. – 169.

[278] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 14, л. 43-46 об.

[279] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 14, л. 48 об-49.

[280] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 14, л. 71-72.

[281] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 14, л. 59-59 об.

[282] РГАДА, ф. 79, оп.1, № 14, л. 41-41 об.

[283] РГАДА, ф. 79, оп.1, № 14, л. 73 об – 74

[284] РГАДА, ф. 79, оп.1, № 14, лЛ. 75 об. – 77 об.

[285] РГАДА, ф. 79, оп.1, № 14, л. 173 об.-174.

[286] РГАДА, ф. 79, оп. 1., № 14, л. 207.

[287] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 14, л. 326 об. – 328.

[288] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 14, л. 378 об. – 379.

[289] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 14, л. 386 об. – 388.

[290] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 14, л. 390 об. – 391.

[291] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 14, л. 394 об. – 395.

[292] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 14, л. 399 – 400 об.

[293] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 14, л. 472 – 476.

[294] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 14, л. 590 об. – 592.

[295] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 14, л. 593–593 об.

[296] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 14, л. 663.

[297] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 14, л. 666 – 674.

[298] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 15, л. 297 об.

[299] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 15, л. 303-304.

[300] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 15, л. л. 308 об.

[301] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 15, л. 308 об. – 309.

[302] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 15, л. 310-310 об.

[303] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 15, л. 313-314 об.

[304] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 15, л. 584 об.-589.

[305] РГАДА, ф. 79, оп. 1, № 15, л. 776 об.-777 об.